— Внешний вид не важен, Константин. Главное душа. И пусть твоя составлена из огрызков, варварски слепленных воедино, основа остается той же. В иной ситуации мы бы поостереглись, но твоя подруга точно дала нам понять, что это ты. Но мы отклонились. Берете ли вы ответственность как беспристрастных судей?

Надо бы было проанализировать эти слова и позадавать больше вопросов, но на это явно не было сейчас времени. Может быть потом, но сейчас он не в том положении, чтобы докапываться с пояснениями.

Мертвенно-бледные феи с настолько тонкой кожей, что казалось через нее можно увидеть, что же внутри, немного дергали своими стрекозиными крыльями в ожидании ответа. Таращились, думая что этого никто не замечает, своими почти слившимися с белками зрачками, пытаясь рассмотреть своих гостей.

Их главный посланник склонил голову с платиновыми волосами в небольшом полупоклоне. Все ритуалы были соблюдены, оставалось лишь дождаться ответа. Сжимаемая его рукой то ли палка, то ли посох, подозрительно скрипела от того, как он ее сжимал. От злости?

Лисса, выскользнув из под опеки, тут же отвела на пару с Салла-Бренной чуть в сторону Аду и Нону, одна из которых была от внешнего вида земных деградировавшийх фей в оцепенении, а другая наоборот, выдала ровно одно слово. «Пафосно». И нельзя было понять, что же именно она в него вложила.

А Костя все думал. Если чудь перед ним просто может стать враждебной, то вот та, кого они связали, уже очевидный враг. И стоит только начаться чему-то нехорошему, как он выползет в самый неподходящий для этого момент. Просто сказать чтобы фею убили — жестоко и парень на такое не пойдет.

Нет у него решимости на такой поступок. Держать взаперти — тоже опасно. Мало ли она просто поддалась и ждет карательную экспедицию? Из обмолвок Ранхгиссы, чудь темных фей интересует постольку-поскольку, главное здесь это магическое древо, за которым и нужно следить.

Поэтому заняв около десяти минут, за которые чудь так и не сдвинулась с места и даже не разогнула слабо склоненные спины, парень, кажется, придумал, как же ему поймать всех зайцев разом.

— Слушайте же меня, чудь! — Объявил Костя, смотря на большую толпу для торжественной встречи. — Я не буду судить того, кого вы просите! Потому что предателей не судят! Их оставляют гнить в тюрьме или изгоняют! А темные вас предали!

Пошел ропот несогласия, а некоторые из существ перед ним наоборот начали твердить фразы в стиле «ну я же говорил, говорил же!». Но поднятая рука главного среди этой делегации быстро остановила все это, позволяя Косте продолжить. Тот, с благодарностью кивнув, стал говорить дальше.