Внутри же ничего не было, кроме немногочисленных свидетельств его битвы с Ранхгиссой. Костя в тайне боялся, что чудь забаррикадировала своего нового Мудрейшего здесь и они убегая от пасти одного льва, с удовольствием влезут в другую. Но, к счастью, этого не произошло. Хоть в чем-то повезло.

Девушки уже дали по газам и начали осматривать местные достопримечательности, Нона уж точно. Если она до этого о чем то и беспокоилась, то теперь это все активно вытеснилось желанием пощупать все магическое, пока дают.

Мелисса же, в отличие от охающих и ахающих девушек и совершенно индифферентной Салла-Бренны, которую вообще не волновал апокалиптичный пейзаж из множества корней и вросших в них фей, ставших цветами, шла в конкретное место. Она ориентировалась на свое ощущение маны. А тут было прилично так и не выветрившейся магии, принадлежавшей Ранхгиссе. И девушка, нажав что-то, начала регулировать ширину прохода, впрочем, больше освещения, чем есть это не давало — все внутри дерева выглядело в пепельно-серых оттенках.

Костя, плюнув на то, чтобы следить за остальными, решил самовызваться в наблюдатели. Хоть так получит побольше свежего воздуха, а то давящая сверху громада поднебесной сосны казалось хотела, чтобы он окончательно слетел с катушек.

Так что он немного, но высунулся из входа, надеясь что его платиновую голову не будет видно на фоне практически полностью черной коры дерева. Это было несколько самонадеянно, но он все равно бы не предложил эту работу кому-то другому.

Гул все приближался и приближался, пока из глубины чащи, осторожно облетая ветви, не показались те, кто же вызвал столько паники в маленьком поселении.

Это были огромные жуки. Точнее не так, просто гигантские. Их крылья имели разлет даже больше чем у самой крупной птицы, так казалось Косте от внезапно нахлынувшего страха и адреналина, который полностью затмил жжение от энергии древа.

Длинные хоботки размером с фею, полукруги бездушных сетчатых глаз, черный почти отполированный хитин, сегментированные шесть ног с цепкими когтями на концах. И самый яркий элемент, подчеркивающий опасность этого самого страшного кошмара любого инсектофоба — скорпионье жало. От одного то стоило бежать, вызывая сюда бригаду с огнеметами, а когда их сразу три!

С этих грозных животных тут же спрыгнули три феи, почти невидимые из-за почти полностью сливающейся с цветом хитина одежды. И стоило одной из них сбросить кажущийся невесомым капюшон, сразу стало ясно, кто же это. Эту ехидную улыбку можно узнать из тысячи.

— Костя-я-я~ — протянула Ранхгисса, немного даже пропев его имя. — Вы-хо-ди-и-и~, мы тебя не тронем, не бойся! Даю тебе пять минут на то чтобы ты успел обдумать все глупые планы и выйти к нам!