И бывшие на этих растениях домики чуди опасно дрожали, грозясь вот-вот сорваться вниз, резко став тяжелее воздуха из-за отсутствия опоры. И находящиеся в них обитатели, желающие, как и всегда, переждать опасность, надеясь что из-за их убогости их не тронут, впервые столкнулись с ситуацией, когда они настолько никому не нужны, что на их территории идут самые настоящие боевые действия.

В тяжелых думах находились все, от постоянной тряски боясь даже высунуть нос наружу, чтобы хотя бы посмотреть кто побеждает. Логика у народца всегда была простая — кто сильнее тот и сможет защитить. Увидев бы победителя они просто присоединялись к нему, минимальными усилиями доказывая лояльность а потом, когда тот уходил, просто продолжали заниматься своими делами.

И пока все дрожали, ожидая конца, к самому богато украшенному дуплу в дереве подлетел Константин. Он тут же увидел там скрывшегося от глаз за полупрозрачной пленкой барьера местного лидера, имя которого он так и не смог запомнить. Парня продолжала жечь изнутри энергия дерева и он срочно собирался ее отдать самому авторитетному среди чуди. И заодно отправить их на помощь.

Барьер схлопнулся стоило только парню даже повести в его сторону вытягивающим щупальцем. Технологии древней чуди, что еще была способна к магии, окончательно сталью пылью времен, не выдержав столкновения с реальностью.

— Иди сюда, трус! — Вызывающе крикнул Константин, подойдя к дрожащему как осенний лист фею. Его крылья трепетали так робко, что боялись даже сделать лишнее движение в надежде, что опасность уйдет сама если притворится что они умерли.

— Я не трус, я просто берегу себя и свой народ! Нам нет дела до ваших разборок, мы просто скромный народец! — Начал он отговариваться, впрочем прекрасно понимая, что дело у них появилось ровно в тот момент, когда они приняли у себя посланца, назвавшегося Мудрейшим, что принес и посадил саженец.

Костя на это лишь хмыкнул.

— Кажется я говорил, что дам вам повод верить мне. Так прими же силу и иди защищай свой дом! — Воскликнул парень и со всей силы вогнал ему в живот хоботок на своей руке.

Да, можно было действовать умереннее и менее жестко. Но он ожидал предательства, что они повернут оружие на них стоит вернуться Ранхгиссе. Но он не думал, что они кинут вообще всех!

Парень чувствовал, как жжение внутри него успокаивается — теперь это чужая проблема. Фарфоровая кожа фея перед ним будто наливалась еще большим оттенком слоновой кости да и на вид начала быть более толстой. Жидкие волосы стали невообразимой копной, которой бы позавидовала любая девушка, потухшие глаза, почти полностью бывшие белыми, начали возвращать свой цвет. Ярко-зеленые изумруды теперь мерцали во взгляде, что от страха и предательства в них пришел к абсолютному спокойствию.