Салла-Бренна долго отбивалась от этой вопиющей наглости, но в конце концов сдалась. Ее наглый ученик хотел перепрыгнуть сразу несколько этапов в освоении магии и обзавестись ее телекинезом! Она оттачивала его год до удобного в применении состояния!

Но все нужное все равно показала. Уговор есть уговор! Если хочет разбить голову об стену в обмен на содействие, то это всецело его выбор!

Костя окончательно отстал от Салла-Бренны и устремился в памятный скверик, что скорее теперь напоминал зарождающуюся рощицу. Или же место, что было заброшено около пятидесяти лет. В любом случае, ему здесь даже дышалось легче. Он хотел было позвать сюда и свою вынужденную компаньонку, да только должен же был хоть кто-то охранять сон их волшебниц? И это точно не собирался быть он.

Парень в условиях повышенного магического фона отрабатывал все те же самые движения и голосовые команды, словно не магией занимается, а пытается разблокировать навороченный мобильник. И тот к его попыткам ввести нужный пароль был абсолютно глух.

Все выходило сложнее, чем вне этого места, Костя это чувствовал. Естественный фон, что зародил собой невинноубиенный людоед вмешивался в его движения незримой волной, обладающей собственной еле уловимой силой, что действовала казалась абсолютно во всех направлениях. Можно было бы сказать что так не бывает а можно, пожамкав губами выдать объясняющее все на свете слово «магия».

Однако же, он сознательно создал себе сложности. Сейчас он был похож на пытающегося казаться крутым парня, что вошел в первый раз в качалку. Разумеется он взял больше, чем мог потянуть сам. И не было ничего удивительного в том, что у него ничего не выходит.

Усталость скопилось в нем огромным пульсирующим комком, а тело жгло изнутри проникающей на место его истощенной маны природной энергией. Никто не объяснял ему технику безопасности, потому она на него и не действовала. Дураку закон не писан, и этот самый дурак сейчас расшибался в своих попытках сделать первый шаг к восстановлению себя.

Разумеется, он не предпринимал попытки телекинеза в таких условиях, до такого мазохизма даже ему хватило не опуститься. Однако же, ему нужно было для ощущения себя в своей тарелке кое-что еще. Одежда!

Именно ее он и пытался на себе создать, по сути из самого себя, взяв за основу для изменений подогнанное ему за бесплатно платье. Ну вот всем хорошо и никак не мешает, кроме самого факта того, что это платье! Он привык, но он мужик! И будет носить то что хочет, а не то что удобно!

Платье, над которым так тряслась Нона перестало напоминать собой розовый монолит. Каждая попытка изменения оставляла на нем отметины, от изменения цвета до проглядывающегося посреди складки куска совершенно другой одежды. И, разумеется, все эти анклавы не были одинаковы. Тяжело каждый раз представлять себе одно и то же из того, что хочется создать.