Это он сказал, просто озвучив мои мысли.

Кажется, мой босс мне тут минут десять в любви признавался, я как бы должна оценить, но у меня не получалось.

— Не то слышу, что ты мне говоришь. Я слышу это так: она мне с любовью отдавалась, значит, она — шлюха, и нужно её проверить, подкинуть ей. А теперь вдумайся. Сына! И этот сынишка меня на стол, язык свой мне в рот, я даже пикнуть не успела, и ручищами под юбку!

— Он, кстати, пострадал, нормально так, — усмехнулся Ярик. — Света, я отличаю девушек, которые имитируют ко мне любовь и тех, которые любят. Последних нет. Точнее есть, одна. И у меня некоторые проблемы: не на всех встаёт. Мой старший брат Гомер назвал эту семейную особенность однолюбством. То есть я из тех мужиков, которые во что попало хуй не суют.

— Как мило. Интересные признания, меня за них не застрелят?

— Ты шутишь?

— Но ты же сделал мне одолжение, что приехал, рассказал, о чём не стоило рассказывать. Чужой женщине.

— Света, я тебя трахал с пристрастием, как только одну женщину трахал до тебя, я с ней тридцать лет почти прожил. Ты не можешь быть мне чужой.

— Ты не изменял жене? — удивилась я. — Не поверю!

— Изменял, лет в двадцать, но потом начал давать осечки. Федя у нас не такой, у него до сих пор интернатура отсасывает. А я в папу пошёл, и Гомер тоже. И Санёк у нас такой.

— Я заметила, что он такой!

— Я слишком много сказал, ты подумай.

— Яр, ну смешно же. Член твой меня выбрал, это же совсем.

— Дура, — он похоже обиделся. Никогда не видела такую эмоцию. — В общем-то в любом случае уйти уже не получится.

— О, я проверенная!

— Да.

Ярослав поднялся и направился в прихожую, специально шаркая подаренными ему тапками.

— Сама понимаешь, Светочка, — кричал он мне. — Мне только шаг от тебя сделать, к тебе сразу прицепятся. В лучшем случае это будет твой бывший, в худшем — конкуренты, промышленные шпионы, менты, ФСБ. Света, у меня очень много дел, я тебе и так время уделил больше, чем положено.

— Вали уже.

— Света, ты не поняла, ты едешь со мной.

— Ну, да конечно!

— Тогда я уезжаю, оставляю у тебя охрану. Из квартиры не выходить. Захочешь выйти, тебя отвезут ко мне.

— Ты серьёзно? А личное пространство, а подругу повидать? — я возмущённая выбежала к нему, Яр по-деловому завязывал шёлково-шерстяное кашне у моего зеркала.

— По интернету поведаешь. Отныне твоё личное пространство только на моей территории, — говорил монотонно и устало.

— Вали! — указала на дверь. — Жаль нет колокольчика, ёбнуть хочется.

И он замер, кинул на меня ледяной пронзительный взгляд. Увы, это уже не работало, и я вскинула одну бровь, кидая вызов.