— Вот еще, я хочу жить с Ричардом! — фыркнула мелкая.
— Твоего мнения, младшая, никто не спрашивал, — шагнула к ней Диана, щелкнув ее по носу. — И вообще, забудь теперь про свой характер. Будешь его проявлять на людях без Избранного рядом, любой вправе тебе отомстить. Теперь ты его собственность.
— Это правда, — погрустнела Джанна. — И даже не в моих силах изменить это. Только ваша собственная смелость и отвага. Впрочем, вы можете составить компанию Ричарду до конца отпущенных жизней и, как по мне, это было бы лучшим вариантом.
— Воистину, — промурлыкала Сонна, прижимаясь ко мне немаленькой грудью.
— Итак, все свободны, только захватите нашу смелую воительницу. Сонна и Рич, останьтесь.
Подхватив магессу, разношерстная компания удалилась, добавив на прощание, что будут ждать меня в трактире.
— Пройдемте в мой номер, пожалуйста, — попросила нас ушастая военачальница, — нам еще есть, что обсудить.
Подхватив за руку Сонну, Джанна прошествовала к выходу, а я поплелся сзади. Ожидающие нас коровки, закрыли за нами двери, «случайно» притерев меня к стене пышущими жаром бидончиками, дав ощутить полное отсутствие в них силикона и, многообещающе улыбаясь и зовуще подмигивая, передали нас в руки горничных, напомнив, что персонал гостиницы Маргариты всегда к моим услугам. Кто бы сомневался! Впрочем, как и многие другие, девушки были очень соблазнительны, особенно в обтягивающих строгих костюмах. Надо уже записывать, кого стоит навестить в порядке живой очереди. Найти бы еще время…
— Вот мой номер, заходите пожалуйста, — распахнула перед нами дверь Джанна. Закрыв ее на ключ за нами, она прошла к огромному зеркалу, стоящему у стены, — располагайтесь, я только смахну пыль, — и, критически взглянув на свое отражение, умчалась в ванную комнату.
— Ричи, — раздался сзади меня дурманящий голосок, — скажи честно, как ты относишься к женщине старше себя? — Мой торс обвили нежные ручки Сонны.
— Не секрет насколько старше?
— Совсем не секрет, — отмахнулась та, становясь вплотную передо мной, — Никогда не понимала этих предрассудков. Мне двести шестнадцать. Как ты помнишь мы долголетняя раса. По меркам хумансов мне примерно тридцать-тридцать пять лет.
«Если учесть мою прошлую жизнь, она еще и младше меня в каком-то смысле,» — усмехнулся я мысленно. — Ты самая красивая в меру воспитанная женщина в самом расцвете сил! — ответил я вслух. — Мне было бы безумно приятно, если бы ты не видела во мне маленького мальчика, а отнеслась как к настоящему мужчине.
— Ох, Ричи, как мне приятно это слышать! — обольстительно улыбнулась она, водя пальчиками по моему лицу. — Поцелуй же меня, чего ты ждешь! — обиженно протянула она, потянувшись к моим губам.