Три артиста, три веселых друга с хмурыми лицами тыкали вилочками в салатик, стараясь не поднимать глаз выше тарелки, чтобы не дай бог встретиться взглядом с начальством. Минни было совершенно пофиг на обстановку. Она игнорировала всех сидящих рядом, заглатывая одну вкусняшку за другой.
«Дома сейчас макароны по-солдатски, фирменное блюдо папаши. Так с какого перепугу, я сейчас буду стесняться, когда нас кормят по-высшему разряду?» — думала кошка.
— Томоки, ты же не будешь свою грудинку? — толкнув в бок унылую разведчицу, спросила она.
— Ешь, ешь, дите, — тоскливо ответила та. — У тети Томоки ужасно болит голова. Ей сейчас бы квасу холодненького.
И они втроем одновременно тяжело вздохнули. Похмелье, да еще после моментального отрезвления — не слабое испытание для голов молоденьких девушек. Неудивительно, что они в таком состоянии.
— Девчат, посидите пару минут, я отойду.
— Куда ты⁈ — синхронно вскинулись главы оборонных служб.
— Всего-навсего за средством от похмелья для них, — вставая из-за стола, кивнул головой в сторону грустных кошек. — А вы пока обсудите грядущий поход на пляж и Диану с Седжи введите в курс дела. Им тоже придется составить нам компанию.
Спустившись в полупустой зал, я подошел к барной стойке, за которой стояла бессменная лисичка — менеджер в строгом черном костюме. Несмотря на прошедшее время (ко мне уже должны были привыкнуть), я все также притягивал к своей скромной персоне взгляды ужинающих Некотян. Тем более, ковбойский прикид на 200% отличался от ярких расцветок полугейских стилей, в которых привыкли видеть здешних редких самцов. Лисоменеджерша была такого же мнения, так как не успел я присесть на табуреточку на длинных ножках у стойки, как передо мной уже стояла чаша из местного хрусталя ручной работы, наполненная фруктовым соком с кусочками льда. Разумеется, электричества здесь не было и в помине. Свет, холод, огонь на плите и прочие удобства заменяли артефакты, заряженные той или иной стихией. Единственным минусом оставалась частая перезарядка таких предметов.
— Я могу вам чем-либо помочь, Ричард? — томно спросила с придыханием в голосе лисичка. В ее огромных блестящих глазах я мог спокойно прочесть следующее: — «Попроси меня отдаться тебе за стойкой, и я спрошу только одно — сколько раз?»
— Такое дело, прекрасная Гвинера, — ее имя было вышито на груди и было отчетливо видно, так как размерами менеджер сильно уступала своим сослуживицам. — Девушки, которые сегодня заказывали фирменную настойку днем, сейчас мучаются от похмелья наверху. У вас есть что-нибудь, чтобы снять головные боли?