Так у меня набралась целая ядерная смесь, которую я засыпал в две небольших банки. Заполнив обе доверху таких химическим составом, что у меня аж кожу щипало, я вернулся к страже на лестнице, которая показалась мне наиболее безлюдной.

Эти упыри явно что-то почувствовали ещё на подходе, потому что к тому моменту, когда я подошёл к ним, они уже обнажили мечи. То ли я их смутил своим присутствием в таком месте, то ли две баночки в руках.

— Что ты забыл здесь, солдат? — прогудел один из них.

— Я здесь передать сообщение.

— Что? Какой бред ты несёшь, солдат⁈ Возвращайся обратно на свой пост! — прорычал второй.

— Я уже… — я поднял голову. — На своём посту.

Эффект был ожидаем. Они оба смотрели на меня так, будто пытались понять, что у меня с глазами, и какого хера они такие большие. Резкое движение, на которое обычный человек, пусть и самый лучший воин, не сумел бы среагировать, и в ответ им в лицо полетела смесь самого жгучего дерьма, что я нашёл.

Стражники дёрнулись назад, вскинув перед собой мечи (отменная реакция, кстати), но спастись от перцового облака уже не смогли. И прежде, чем они успели что-либо предпринять, приправы сделали своё дело.

Оба схватились за лицо, полностью открывшись. Я услышал уже начинающийся рёв боли, но не дал им разораться на всю округу — два быстрых точных удара, и оба тела с грохотом упали на землю. А вот чего я не рассчитал, так что облако будет висеть ещё какое-то время в воздухе.

Спектр боли, который я ощутил, было бесполезно описывать. Даже несмотря на то, что я попал лишь в остаточное облако, ощущения были такие, будто мне в глаза кислоты закапали.

Сука… надо было как-то лицо прикрыть…

Мне потребовалось время, чтобы хоть через слёзы что-то увидеть. Я даже сбегал обратно на кухню промыть хлебало, но и это мало помогло. Жгло моё почтение. Даже дышать было тяжело, если честно, а кожа так и вовсе щипала, будто я на солнце сгорел.

Шипя от жжения, я принялся раздевать одно из тел, меняя свой «пропуск» и искренне надеясь, что с ним уж я точно смогу проникнуть куда угодно. И через десять минут я осторожно, но уверенно вышел в коридор.

Хоромы. Это были настоящие хоромы под стать тем, что были во дворце у Суко, разве что выглядели заметно богаче.

На стенах были красные и глубоко-зелёные тканевые обои, на которых золотой нитью были вышиты самые разные картины и узоры. Через равные промежутки стояли полуколонны из красного дерева с золотым основанием. Мебель как тумбочки или лавки, которые по виду стоили чуть ли не целую корову, золотые светильники, статуэтки из драгоценных минералов на подставках — всё кричало о том, что это часть дворца для посвящённых.