— Нет, не знаю, — негромко ответил я.
— Ты знаешь, почему ты здесь?
— Нет… то есть да, я догадываюсь, — поправил я себя.
Конечно, я должен был понимать, почему я здесь. Типа отрицание очевидных вопросов уже значит, что ты звездишь как дышишь.
— Да? И почему же? — полюбопытствовал мужчина.
— Потому что я летал на драконе, а до этого летали на них только женщины?
— Часто летаешь на драконах? — перешёл он сразу к другому вопросу.
— Да нет, в первый раз так получилось…
Нет, слишком кратко. Если я хочу, чтобы мне поверили, надо стараться быть искренним и рассказать побольше.
— Просто мы ехали с караваном через поля около леса, когда дракон вдруг напал на нас. У нас сразу крик подняли, и, понятное дело, мы бросились в лес, ну типа прятаться…
Короче, я рассказал, как всё было, от А до Я. И что я бежал первым, и что потом оказался последним, когда дракон сделал финт. И что я почти убежал. Типа тут смысла вообще не было молчать или что-то скрывать, потому что А: ничего против меня это не скажет; Б: это повышает доверие ко мне; В: всё равно из меня бы это выбили, и уж лучше добровольно рассказать, чем с выбитыми зубами.
Они слушали молча, а когда я закончил, молчали ещё с минуту. Ну до вас, конечно, очень долго доходит, как я погляжу.
— Что за караван? — вкрадчиво спросил он.
— Других не знаю, они к нам присоединились по дороге, а наш принадлежал купцу Георги Крамеру, он из Зейфельдора. Спас меня от смерти в прошлом.
— Вот как? Очень благородно с его стороны, — похвалил мужчина, хотя по голосу ему было ваще плевать. — И от чего же он тебя спас?
Тут тоже юлить смысла не было. Ничем преступным я не занимался, ничего противозаконного не делал. Рассказал, что очнулся почти голым, сбежал от каких-то бандитов, бродил непонятно сколько времени по лесу, пока не вышел на дорогу, где меня уже подобрал Крамер, а дальше всё как было.
И, конечно же, первый вопрос:
— Больше ты ничего не можешь к этому добавить?
— Если честно, то нет. Помню, что бродил по лесу, а до этого… ну каких-то бандитов помню.
— И почему ты решил, что они бандиты?
— Ну… Крамер меня, когда встретил, не бил и не связывал за спиной руки. И не спрашивал про какие-то деньги, — пожал я плечами. — И он не был одет как бродяга с дубинкой.
— И до этого ты ничего не помнишь, — подытожил он.
— Нет.
— А арифметику помнишь?
— Ну я и как говорить помню.
— И не помнишь, откуда ты и как попал в руки бандитам?
— Нет.
— А имя, значит, с фамилией запомнил.
— Как и арифметику.
— То есть что про твоё прошлое ни спроси, ты ничего не знаешь. А если я отрежу тебе палец, вспомнишь?