Я выпустил силу души и стал творить из неё магию и, казалось бы, невозможные вещи.

— Что это? — спросил у меня старший группы.

— Это сила души. С её помощью можно создавать невероятное и у вас есть предрасположенность к ней, однако, чтобы её заполучить вам придётся очень тяжело потрудиться над собой, а потом ещё прожить множество жизней запоминая каждую из них. Отныне вы ученики Искоренителя скверны, и вы встали на наш путь. С этого момента для вас есть только жизнь и скверна. Жизнь — это то, что вы должны защищать. Не чья-то конкретная жизнь и даже не сотня или тысяча жизней разумных, а Жизнь в целом. Мы защищаем миры от скверны и с каждой нашей прожитой жизнью мы становимся сильнее. Когда мы вернёмся в наш мир, я буду обучать вас тренировкам души. Отныне для вас нет ни рас, ни видов, потому что каждый из вас переродится в разных телах разных рас много раз.

— Мы тоже так сможем?

— Сможете, только не сразу. Сначала ваш резерв будет очень маленьким, но вы сможете увеличить его при помощи тренировок.

— Благодарю вас господин, мы оправдаем ваше доверие.

— Я знаю, но сейчас ребята, вам предстоит длительный процесс перекраски ваших тел. Сегодня нам нужно вернуться в мой мир. Поэтому пойдёмте, будем делать из вас людей.

— В вашем мире нет дроу?

— В моём мире есть только люди, там даже эльфов нет, по крайней мере, официально.

— Нам придётся прятать уши?

— И уши прятать, и цвет кожи перекрасить.

Мы вышли из комнаты и расположились в зале. Я попросил их раздеться до трусов, и мы с девчонками принялись перекрашивать дроу в светлый цвет.

— Подруги, а можно меня Мирон раскрасит? — поинтересовалась Ниоса.

— Целиком? — тут же поняла главное Алина.

— Если можно.

— Если ты хочешь забраться к нему в постель, то это лучше сделать до того, как он начнёт тебя красить. Во-первых, намного практичнее, во-вторых, краска не попадёт туда, куда не надо, а, в-третьих, перекрашивать не придётся.

— А что можно? — удивилась дроу.

— Ну, наше разрешение ты уже получила, а где вы начнёте этим заниматься здесь или дома особой разницы нет, главное, чтобы Мирон согласился, а то мы можем это обсуждать сколько угодно, но если он откажется с тобой спать, то соответственно ничего и не будет.

Я слушал всё это, и мне вспомнилась песенка-считалочка из прошлой жизни: мы делили апельсин, много нас, а он один…

Ниоса таким умоляющим взглядом посмотрела на меня, что отказать ей было очень трудно, однако нам нужно вернуться домой сегодня, поэтому я ответил:

— Нам нужно докрасить всех дроу, как можно быстрее, чтобы сегодня оказаться дома, Поэтому пока не закончим, вряд ли что-то будет.