— Не делай поспешных выводов, Ярси, — строго парировал мои слова Квант. — Выясним, для начала, что и как… А о видении твоём мы позже обязательно поболтаем, и очень зря, что ты сразу о них не сказал!

— Пруф, сколько синтетиков и биоников в здании? — с исключительной чёткостью, по-военному, отчеканила свой вопрос Ханна. — Этот был местным лифтёром, если что, — она пнула по лежащему роботу.

Оставаясь пригнувшимися в низкой стойке с зеркально отполированными клинками и двигаясь спиной к спине с Квантом, их слаженная пара переместились в авангард нашей группы. Таким образом, прикрывая всех сразу.

— М-мм, там… ещё два, в холле, — ожил от первого шока профессор.

Амэя, ведя себя словно факир в цирковом представлении, лёгким движением вытащила из волос две заколки, оказавшиеся причудливыми дротиками и резко швырнула их вперёд. Одной рукой и сразу оба.

Характерный грохот двух упавших тел стал финалом её действий.

— Минус ещё два! — констатировала результаты метания Ханна. — Так как, Пруф, ещё есть?

— Нет! Мы придерживаемся консервативной политики к робототехнике, — Донован обрадовал нас. — Люди в нашем университете всегда идут на первом месте, — добавил он. — Персонал, в основном, это обычные граждане по найму, а эти трое синтетиков — дык, — он развёл руками в разочаровании, — это дань моде, и всего-то. И лучше бы мы от этой моды отставали… — искренне посетовал Проф.

— Я покажусь всем не оригинальным, но что, мать его, происходит? — подал возмущённую реплику худощавый ботаник, из участников похода в музей.

— А вон, там, на теле-таблоиде вестибюля, как раз идёт пояснение, если судить по выражению дикторов, — ответ дала незнакомая дама, тоже из участников. — Звука нет только.

— Сейчас, друзья, я прибавлю! — откликнулся Мэтт. — Вот, незадачка-то…

Коммуникатор у профессора предсказуемо не сработал, впрочем, как и у всех, ответив хозяевам чёрными экранами дисплеев.

Поэтому, мы осторожно прошли до самой стойки ресепшена, где находится обычный пульт управления. Первой у цели оказалась наша боевая Амэя, невозмутимо прибавившая громкость с нашедшегося пульта. Но звук так и не появился. В смысле, не зазвучали голоса дикторов, да и сами дикторы куда-то подевались с экрана.

Кстати, ни один мускул так и не дёрнулся на её аккуратном личике, начиная с самого первого нападения. Никаких лишних эмоций, а только волевая сосредоточенность отражена в выражении этой хрупкой, но только лишь с виду хрупкой, девушки.

— Мне бы её самообладание… Огонь, а не девчонка! — подумал я про себя, но оказалось, что вслух и благо не громко.