Глава 1
— Нет, мам. Да, мам. Конечно, мам. Нет, я не копирую односложные ответы.
Хотя по факту да, копирую, конечно. Других моя дрожайшая родительница не принимает, так смысл спорить. Да, я снова буду отмечать восьмое марта одна. И да, я никого не поздравляла с двадцать третьим февраля, кроме Басыча.
И нет, я не собираюсь возвращаться к бывшему Ромочке, который общался с моей мамой чаще и теплее, чем я. Предпочитаю, чтобы в отношения меня ценили хоть чуточку больше, а не бегали чуть что жаловаться моей маме.
Ну вот, опять.
— Нет, мама, я не знаю, где Ромочка.
Последнее слово с явным оттенком издевки, но она предпочитает не замечать.
— Ой! Нет, Басыч! Нет-нет-нет-нет… только не на ковёр… Прости, мам, я побежала. Пока-пока…
Сбрасываю вызов и с облегчённым выдохом опираюсь локтями на столешницу острова.
— Ты должен меня понять, она бы не отстала, — вздыхаю в ответ на укоризненный взгляд самого любимого и строгого мужчины в моей жизни.
Он смотрит на меня укоряющими грустными глазами и отворачивается.
Ещё раз вздыхаю.
— Да ладно тебе, Басыч… Ну не сердись. Ты же знаешь, я не специально и вообще ты самый лучший!
Тот, кто точно не разочаровывает.
С заискивающей улыбкой сажусь на пол рядом с лежанкой, подтягиваюсь, обнимаю и ложусь половиной туловища на свою прелесть. Шерсть колет и одновременно щекочет под высоким топом. Мне тепло и замечательно. Вот только Басыч всё равно мотает головой, попутно чуть не засовывает мне ухо в рот и отворачивается. А потом неторопливо сползает с лежанки и цокает в спальню.
Знает, зараза, что после того, как прикрылась им от мамы, не стану ворчать, когда пушистый зад уляжется прямо на мою подушку.
Фыркаю, опираюсь спиной на стену и наблюдаю за этим торжественным шествием. Длинные, до пола уши покачиваются в такт шагам.
— Вредина! — со смехом кричу вдогонку.
Лопатки начинает холодить, со стоном поднимаюсь.
Чем бы заняться в свой единственный за последние три недели выходной?
Взгляд невольно падает на ноут, сжимаю руки в кулаки.
Нет уж! Я и так безвылазно просидела за ним столько времени. И, вообще, трудоголизм хуже алкоголизма. В том смысле, что лечению не поддаётся в принципе.
У меня и так нездоровое, противно подзуживающее чувство вины, хотя план перевыполнен на две недели. А всё равно грызёт, зараза. Требует пойти и поделать что-нибудь ещё такое… полезное. Тем более, чем мне заниматься, если Басыч обиделся, парня у меня как не было так и нет, а родители живут в другом городе?
С друзьями тоже негусто. Лучшая подруга как бы есть, но в отличие от меня работает пятидневку и не может устроить себе внезапный выходной во вторник.