— Значит, как в прошлый раз? — с надеждой спросил Корсаков. — В пятницу после работы едем ко мне?

— Не вижу никаких противопоказаний, — рассмеялся я. — Если вдруг не случится чего-то экстремального, то быть тому. Юдину я скажу, не думаю, что он будет возражать.

— Вот и отлично! — расцвёл Борис Владимирович. — Проведём прекрасный мужской вечер в обществе пара, веников и травяных настоев. И только потом, утром, вернёмся к тому, с чего начали разговор.

— Отличный план, — улыбнулся я.

Корсаков крепко пожал мне руку и ушёл. А я продолжил приём. В душе было волнительно, после обеда сегодня приём я снял, поеду в лечебницу сразу, а не ближе к трём. Планировал собрать десять самых лояльных знахарей и объяснить им, как пользоваться новой мазью и как вести и записывать наблюдения, чтобы иметь почву под ногами, когда буду доказывать целесообразность замены существующей на данный момент мази для лечения ран.

Радоваться успехам — это замечательно и приятно, но следующий пациент доказал мне, что я далеко не всесильный. Молодой ещё мужчина, тридцать восемь лет от роду, вошёл в кабинет примерно такой же походкой, как женщина, которая недавно отсюда вышла. Я уже потираю руки, ставлю у себя в голове диагноз, ещё даже не поговорив, и представляю, как он после процедуры радуется, что у него ничего не болит и начинает петь мне дифирамбы. Ага, щас-с! Фигвам называется, индейская народная изба.

Во время опроса и осмотра я уже понял, что тут совсем другая проблема. Седалищный нерв и межпозвонковые диски оказались не причём. Зато сканирование показало отёк и разрушение головки бедра. Из прошлого опыта я знаю, что это такое. Асептический некроз головки бедра. То есть в головку по какой-либо причине перестаёт поступать кровь, и она отмирает. Наиболее частая причина — тромбоз питающей головку артерии. Здесь удалением чего-то там не обойтись. Восстановить кровоток в умирающем сегменте костного вещества тоже невозможно, даже если заставить работать питающую артерию. Можно только постараться улучшить питание здорового сегмента, но не факт, что получится улучшить этим состояние сустава, и не факт, что это серьёзно поможет.

Размышления и опыт у меня правильные, но, исходя из реалий этого мира, я должен предпринять попытку вылечить эту проблему с помощью широкого потока энергии, как учат сейчас в институтах. Всё во мне противилось такому подходу, но я больше ничего не могу здесь сделать. В идеале здесь необходимо эндопротезирование, по-другому сустав работоспособным не сделать. Сами понимаете, что никаких эндопротезов здесь никто не делает. Ох, беда-беда.