Я покричал защитникам, развел руки в стороны

— Вы что, в самом деле? — Докричался до капитана: — Внимание!

И тут же… Сглазил! Или Денисов услышал и уперся, насел на Эль-Шаарави, свалил его, да подножкой сзади. Карпин на бровке, стоящий возле моих ворот, выругался, вскинул руки вверх, мазнул ладонями по лицу.

Вторая желтая. Причем первая — такая, на тоненького. Даже и не поспорить.

Судья махнул желтой и тут же достал из кармана красную. Фанаты, которые болели за нас, раздосадованно загудели.

Игорь плюнул, поднял руки, показывая нам, что виноват, уж извините, парни. Отдал капитанскую повязку Дзюбе и пошел в подтрибунное помещение, в раздевалку, понурившись и подволакивая ноги. Он злился, причем злился на себя, и мне передалось, я аж зубами скрипнул.

Проскользнула мысль — а не включить ли «лучшего»? Такой соблазн, ведь если мы с итальянцами были равны, то теперь точно уступаем. Но я понимал, что нас могут проверить после игры. Не «могут» — наверняка это сделают, выявят во мне одаренного, и все наши достижения аннулируют. Нет, нельзя, попытаюсь вытянуть своими силами.

Не успели разобраться наши защитники, что нет волнореза перед ними, пропустили атаку три в три, не легли вовремя, не выкинулись на мяч. Сильнейший удар сходу на противоходе — я просто уже никак не успевал.

0:1.

Стоял, как оплеванный. Капитана удалили… Гол пропустили… Итальянские болельщики радовались нашему поражению, прыгали и орали.

— Спокойно! — сказал Карпин мрачно. — Не кисни. Играем!

Игра только началась. И не из таких задниц вылезали.

С центра поля разыграли, и снова упустили нападающих, и снова три в три, но тут они отпустили мяч, и Топчи катнул его мне, а я не бил далеко, а налево, Микробу. Он понесся, понесся, навстречу ринулся Кьеза, мелькнули спины сместившихся защитников, и вот Микроб валяется.

— Сбили же! — не сдержался я и крикнул по-английски. — Судья, сбили!

Ну а как сдержаться, когда такой накал страстей, нервы, как струна, а наших бьют? Цел хоть Фёдор? Все еще валяется, блин! Над ним замешкался Жоржиньо.

Трибуны свистят, они все видели!

— Мяч наш, — обернувшись, сказал Джикия. — Спокойно!

Мяч наш. Микроба снесли аж за поле, а мяч-то он успел протолкнуть на ход. И Сэм, разогнавшись, уперся в линию защиты. Не остановился, а просто, как бежал, влетел… Но мяч переступил. Это вроде паса пяткой вышло. Ну, не пас даже — просто остановил мяч почти на линии штрафной площади. Набегавший за ним Дзюба врезал от души. Мяч ушел четко в правую «девятку». Свистел-гудел в полете, наверное, как пушечное ядро! Вратарь даже не дернулся!