Вспомнилось, каким нервным выдались два года: сначала арест под надуманным предлогом. Потом — депортация в «Динамо». Чтобы, оказывается, я не играл, а заграницу заражал, то есть пробуждал одаренных. И ведь не расскажешь о договорняках, о судейском беспределе — не должно быть этого в нашей стране. Не расскажешь, с каким боем мы пробивались с самого низа.

Зато у нас отличная школа, и в Лиге Европы «Титану» будет гораздо легче, чем на чемпионате мира — национальной сборной, пороха не нюхавшей.

Интервью длилось пятнадцать минут и получилось на самом деле душевным, отличающимся от всех предыдущих: «Как вы оцениваете шансы нашей сборной?» «Кого считаете самым талантливым в вашей команде?» «Довольны ли вы тренерским составом».

Я отослал видеофайл Дарине и написал, что через полчаса буду. Предвкушая ее фантастические биточки, которые она пообещала, живот заворчал. Пусть поулыбается, там и ей привет.

Микроб дал добро Оле, и она выложила свою работу, непрофессиональную, но информативную, которая поможет людям посмотреть на нас с другой стороны и понять, что мы — тоже люди, мы неглупые, у нас есть увлечения, помимо пинания мячика.

Между прочим, мы с Микробом рассказали, что на самом деле футбол — это не просто мяч гонять по полю, это сложная стратегия. Команда — не одиннадцать человек, спаянный организм. Если не мы не будем чувствовать друг друга, то и игры не получится.

Ольга сравнила футбольную команду с большой семьей, а я добавил, что — дружной семьей. И таковой является «Титан», который я не променяю ни на деньги, ни на всемирную славу.

Когда машина стала сворачивать в наш двор, я открыл канал Ольги, чтобы поставить сердечко, ведь наверняка там не больше ста лайков — от друзей, родственников и мамы. Каково же было мое удивление, когда я обнаружил три тысячи лайков, и их количество менялось со скоростью в миллисекунды.

Тридцать, тридцать один, два, пять репостов. Я показал телефон Микробу, ткнул в рейтинг материала, летящий со скоростью ракеты.

— Гля! Мы популярнее политиков. Популярнее рок-музыкантов.

Микроб вытаращил глаза и вытянул губы трубочкой.

— Ох ни фига себе!

Когда машина остановилась, было без пяти одиннадцать. Завтра понедельник, и «Титаны» разошлись по квартирам, а многие уже спали. Встретиться и обсудить сборы мы условились в восемь, так что сегодняшний вечер — мой и Рины.

Я поднялся на предпоследний, восьмой этаж, ощущая трепетное волнение, словно на первом свидании в школе. Не виделись с Дариной меньше месяца, а аж ломает.

Я приблизил лицо к монитору, где обычно находится звонок, «умная» дверь меня опознала и открылась. Рина бросилась навстречу. Обнимая ее и целуя в макушку, я наконец ощутил себя целым. Две недели — и поездка в Италию, с которой начнутся наши бесконечные разъезды: то товарняки «Титана» в Европе, то товарняки сборной — и первая четвертого марта, и еще чемпионат СССР.