— Теперь тебе надо придумать основание, почему я не должен тебя убить.

— Ты что, не понял, что здесь нельзя колдо… — она закрыла рот на полуслове, по моим глазам поняв, что я не шучу.

Да, этот хмурый бросс вполне мог снова начать драку. И пусть тут хоть полгорода на уши встанет, хоть все артефакты взвоют — горный варвар просто перейдёт к запасному плану. Ну, если можно считать запасным планом прорыв через толпу с топором.

Но если броссу надо, он снова нападёт на эту коварную дуру и использует все доступные ему силы и стихии, чтобы всё-таки проломить её головой потолок.

— Я бы хотела сотрадничать, — сипло повторила собеседница и с опаской отложила в сторону кинжал в ножнах.

Я потёр подбородок, потом, наконец, встал и стянул с себя хламиду, подобранную в шахте. Девушка, когда увидела меня в одеянии дружинника, только ахнула:

— Кто тебя надоумил переодеться в солдатские брони?

— Сначала ты скажи, как тебя зовут.

— Не могу. Печать.

— Этот вестник хитрости, Виол который, говорил точно так же. Но оказалось, эта печать легко обходится.

Собеседница, поджав губы, вытащила потёртое письмо и подвинула его по столу. Я прочёл, кому адресовано письмо.

— Купава Остроглазая?

Девушка пожала плечами. Глаза у неё, кстати, были обычного карего цвета, но зрачки отличались тёмной каймой, что и придавало им выразительности. Прозвище ей очень шло.

— Ну, а моё имя ты знаешь…

— Одно из, — вдруг улыбнулась Купава, — Может, правильнее… кхм… Всеволод Десятый, посланник Неба? Или даже сам Великий Хмарок?

— Хморок, — поправил я на северный лад, — Но его уже нет, вышел в Бросских Горах, даже не попрощался.

Её глубокие познания меня удивляли, но виду я не подал. Зато теперь понятно, что силы за Купавой Остроглазой и вправду стоят великие. Я сразу проникся уважением к царю Могуте Раздорожскому, государю из срединной столицы, у которого глаза и уши были по всей Троецарии.

Сила власти ведь заключается не только в том, чтобы наводнить свою страну шпионами. Настоящая сила — это если они все докладывают государю правду.

— Царь старается следить за тем, что происходит в Троецарии… да и во всём мире. Царь видит, что времена нелёгкие, и что причиной этому совсем не люди.

— Откуда знаешь про Десятого?

— Некоторые Тёмные, если их хорошенько пытать, начинают много говорить. И некоторые, кто заговорил, оказалось, много знали.

Купава рассказала, что люди Могуты ловили приспешников троецарских Тёмных Жрецов, и даже людей лучевийского Шана Куо и межемирского Адгама Певчего.

— Как-как ты сказала? — тут же переспросил я, — Адгам Певчий?