Намного хуже было то, что оклемался самый крупный и попытался цапнуть меня жвалами. Я развернулся, едва успев убрать ногу. Жвала дёрнули за штанину, но я освободился и перемахнул через обстриженные кусты, посаженные вдоль бульвара. Впереди я увидел лежавший на земле триммер-газонокосилку.

Кусты замедлили муравьёв, но заводить бензиновый движок времени не было. Вцепившись в устройство, я на бегу развернулся к верещавшим тварям и размашисто ударил как дубиной. Муравьи оказались не такими страшными. И после удара по головам «голубой» улетел брюшком вверх, а здоровяк пятился назад, скрипя и щелкая жвалами.

Не раздумывая, я ударил снова, теперь повредив глаз. Обрадовался и думал добить, но муравей увернулся и вцепился жвалами в железяку. Чёрт, надо было бить по усикам! Муравьи же плохо видят!

Хотя какие это к чёртовой матери муравьи? Долбанные чернобыльские мутанты!

Со скрипом муравей перекусил железную палку триммера, чем только помог мне. Я тут же ударил острым обломком точно в глаз, навалившись всем весом. Тварь дёргалась в конвульсиях, щелкала жвалами, но ничего сделать не могла. Я вновь ощутил что-то приятное, отчего меня пробрало от макушки до пяток.

Что это за дерьмо? Я на полном серьезе убиваю огромных муравьёв, очутившись в пустом мире? Боль, усталость, смрад зелёной жижи — всё реально! Но я отказываюсь верить во всё это!

Сердце продолжало колотиться так, словно вот-вот выскочит из груди, а руки налились свинцом. Меня отрезвила влетевшая под ноги синяя вспышка, принёсшая прохладу. Третий муравей плевался какой-то магией, иначе увиденное назвать не мог.

Вскочив, я уставился под ноги. Трава покрылась инеем и обламывалась, словно её полили жидким азотом! А муравей уже пёр на меня, уставшего и перемазанного в жиже.

Но я заметил оранжевые куртки рабочих, лежавшие на траве, и подцепил одну кончиком тримера, метнув в морду монстра.

Мозгов в больших головах судя по всему, мало. Попытавшись перекусить ткань, муравей запутался в прочной синтетике и стал лёгкой мишенью. Я бил и колол его, пока монстр не перестал дёргаться, а после без сил рухнул рядом.

Я пытался отдышаться. В какой-то момент у меня закружилась голова, а в глазах начало мутнеть. Но отключаться здесь ни в коем случае нельзя! Надо выровнять дыхание и взять себя в руки.

Спустя несколько секунд я поднялся на ноги и принялся рассматривать мертвую тварь.

Какие же эти насекомые уродливые и мерзкие.

Я с силой пнул муравья, и меня в третий раз накрыло странным ощущением.

Гораздо чётче и ярче, чем в прошлые разы. По всему телу пробежали мурашки. У меня словно выросли крылья! Будто вошёл с жаркой улицы под кондиционер, сбросил тяжёлую сумку и выпил бутылку прохладной воды.