И все в деформированной, нередко окровавленной одежде.

— Да ладно…

В голове мелькнула идея, от которой по спине пробежал холодок.

Это люди. То есть, все они были людьми, но их превратили в монстров. Не могли они натянуть всю эту одежду просто из желания облачиться. Да у некоторых майки чуть ли не вросли в распухшее тело!

Орда идёт по мирам и пожирает один за другим, Земля — лишь очередная точка остановки. Боги в принципе решили нам помочь только чтобы мы не стали просто кормом для чудовищ, а хоть на какое-то время их задержали и проредили.

Но само разнообразие существ подсказывает, что Орду пополняют жители из покорённых миров.

— Эй, вы меня понимаете⁈ Если у вас осталась хоть капля разума — притормозите! Задержите атаку! Подайте знак!

Не помогло. Эти существа определённо сохранили какой-то разум, ведь способны держать построение, использовать оружие и выполнять словесные команды. Вот только я не мог расслышать и одного русского слова. Никто из толпы не колебался. Передо мной были те же монстры, коих я перебил за сто лет многие тысячи.

И с ними шли и другие существа. Возможно, обращенные собаки? И настоящие монстры, коих я видел на фотографиях — нечто вроде тигров тёмно-рыжего оттенка, только массивнее, без хвоста и с костяными наростами.

Кстати, костяные наросты появились на телах многих… «изменённых». Даже мысленно не буду называть их людьми. У некоторых тело стало непропорциональным — порой правая рука была огромной. Другим как будто переделали челюсти.

Командирами, а они чётко выделялись, выступали трёхметровый громила, чья левая рука срослась с куском бетонного забора и… наиболее похожий на человека маг, от которого исходил белёсый пар.

— Лёша, бежим! Бежим, пожалуйста! — верещал Павел.

— Нет, мы не можем их оставить. Тут могут быть выжившие.

Я постарался убрать подальше все мысли о том, что раньше это были люди и прыгнул вперёд. Нарезал выбежавших вдоль обочины четырёхлапых. В том числе тех, что пытались обойти с другой стороны заборов.

Нескольким измененным отсёк руки, но услышал лишь крики на неизвестном мне языке. И начал просто уничтожать. Я убивал слабых монстров. Каждый давал мне каплю прогресса до прорыва, но внутри росла боль.

Орда — это не просто злые монстры, видящие в нас еду. Они извратят само человечество. Превратят его в жалкое, дикое подобие.

Не допущу. Костьми лягу, но не допущу!

Я пришёл в ярость — удары стали менее выверенными, более дикими. Я всё чаще не ждал возможности перерубить шею или торс, а сначала отсекал конечности, чтобы до меня не добрались.