Я постукивал пальцами по столу, думая над ситуацией. Один из мужчин, сидевших в первом ряду, поднялся с места.

— Разрешите вопрос. А почему частные группы отправляют принудительно?

В голосе звучала такая интонация, словно пару матерных эпитетов и восклицаний вырезали. Собственно, я был с ним согласен. Пожалуй, сам не буду вмешиваться со своим молодым лицом. Недовольство мужика за сорок и вдвое тяжелее меня выглядит как-то солиднее.

— У нас на данный момент недостаточно людей на месте и имеющих опыт резервов постоянных команд СПО.

— Но суть наших частных команд в том, что мы работаем по своему усмотрению, а не лезем в каждую горячую точку по вашему указу.

Полковник начинал злиться. В армии привыкли, что приказы просто исполняют, а тут возник спор.

— Это ваш долг перед родиной.

— Не припоминаю, чтобы давал присягу. Если нам светит апокалипсис, то лучше встречу его с семьёй. С той самой, которая теперь живёт в тесноте, потому что в маленьких городах сейчас жить опасно, а в администрации разводят руками.

— Сядьте, — приказал полковник.

— И не подумаю, — мужчина сложил руки на груди. Началась борьба взглядов… остальные что-то боятся вступить в разговор. Ну что же, тоже примем участие.

— Товарищ полковник, это и правда проблема для многих из нас. Все здесь каждый день рискуют жизнями, чтобы защитить свои семьи. Нам не платят большие гонорары, а Орда явно фокусирует удар на крупных городах. Многие из нас защищают родных.

Мужчина встретился взглядом со мной, даже первый повернулся.

— Первоочередная задача для нас — это обеспечить нормальное функционирование критически важных для страны отраслей, — вкрадчиво пояснил полковник. — Или сохранить цивилизованное общество мы не сможем. Все частные команды, за исключением добровольцев, здесь находятся потому что полагаются на поддержку СПО. Используют наш транспорт и топливо, получают информационное и медицинское обеспечение. Вы вправе отказаться от выезда, но в таком случае вы не сможете дальше пользоваться поддержкой СПО.

По залу прокатилась волна шепотков.

— То есть, хотите окончательно разделить, скажем, государственных одарённых и частных, — заключил я.

— Только тех, кто не готов работать на всеобщее благо. Сядьте или покиньте помещение, брифинг ещё только начался.

Я сел на место, не имея более вопросов. Интересно, а таких «частников» как Серебрякова, которая тоже наверняка постоянно пользуется казённым транспортом, послали бы по приказу?

Каменщиков слегка толкнул меня, понизив голос.

— Поедешь с нами? Или ты отказываешься?

— Так и скажи, на Урале жопа и может примчаться монстр, который положит всю группу, — невесело усмехнулся я. — Наверняка ведь Ушаков всё подстроил.