— Мы всё время кормили его… Алексей, аккуратнее! Я уже убивала это существо.

Антимаг с интересом рассматривал трофей. Предупреждение он пропустил мимо ушей и одарённая понимала причину — он не боится силы врага.

— Вот почему в нём так мало эфира. Что, падаль, сжигал души, чтобы извлечь больше мощи? Настоящий демон! А это что за странная энергия?

— О чём ты говоришь? — Руставели приземлился рядом. — И я бы не трогал эту штуку руками. Мария, где там контейнер?

Серебрякова шагнула вперёд, создавая ледяной чемоданчик.

— Алексей, положи его сюда. Вообще-то этот предмет думали отдать тебе. Антимагу же не страшны проклятия, но возрождения мы не ожидали.

Одарённая опешила, когда парень качнул головой и призвал в руке символ, который она совершенно точно где-то видела — трикветр в идеально очерченном круге.

— Хотели наградить меня этой штукой? Сила стихий мне недоступна, но я её заберу, потому что теперь она стала моим трофеем. Вам следует аккуратнее обращаться с артефактами, в которых столько силы тьмы, некротики и духовной энергии. А теперь я проведу эксперимент.

По спине одарённой пробежали мурашки, когда ядро загорелось светом и тьмой. Она ощущала, как её защита тает. Нечто, отрицающее саму магию, пришло в этот мир.

Там, после битвы с Веларом она понимала, с какой мощью сталкивался Алексей. Сейчас же она смотрела воочию на противостояние.

Вокруг артефакта появлялись странные пылающие символы. Они выросли сплошным кольцом и впились в руку Алексея. На затвердевшую оплавленную землю стала падать кровь.

— Алексей, отпусти это немедленно! Камал, сделай что-нибудь!

Руставели дёрнулся вперёд, но встретил спокойный взгляд парня.

— Оставьте его мне. Эй, демонёнок, неужели всё на что ты способен — это поцарапать мою руку?

Яростный голос зазвучал из пространства. Число символов приумножилось. Они как будто пытались отгородиться от врага — сжечь его. Хотя бы заставить отступить.

— Как ты смеешь⁈ Пред тобой олицетворение пламени! Я сожру твою душу и тогда мне хватит силы, чтобы зажечь этот мир!

Алексей прищурился, символ трикветра всё так же ярко пылал. Огненные символы начали темнеть, окрашиваясь в чистую тьму. В воздухе появился золотистый поток энергии, который потёк от груди парня к созданному символу.

Серебряковой снова стало душно от мощи, что разливалась вокруг. Руставели же ухмыльнулся и просто наблюдал. Вверх вновь ударил луч света — на этот раз тонкий. В небе разворачивалась огромная пылающая печать.

«Во имя бессердечных богов и ублюдков из Орды… если она пальнет… не только от нас троих не останется даже пыли», — Алексей мысленно оценил масштаб.