— Итак… вы — бог? — спросил молчаливый полковник ФСБ.

— Глупый вопрос, смертный. Я владыка пламени, — гордо произнёс мой спутник, пристроившись на подлокотнике кресла. Выглядел так, как будто сел как минимум на трон из сотен мечей поверженных врагов, сплавленных в пламени дракона.

Пришлось вмешиваться.

— К тем, кто принёс нам магию и систему он отношения не имеет. Просто могучая сущность из магического мира. Если точнее — существо астрального плана. Хотя сейчас его состояние не определено.

— Это Прибалтийское Бедствие, — мрачно сказала Серебрякова. — Я видела, скольких оно сожгло.

Я предупреждающим взглядом посмотрел на Ифрита и всё свалил на Орду. Да, союзник у меня с очень спорным прошлым. Но решение уже взвешено. Кроме того, он действительно вынужден был подчиняться Орде.

Ифрит продолжал говорить свысока: иначе похоже просто не умел. Обещал жечь Орду. Какой уровень ответить не смог. Он не позволял системе подключиться к нему. И, по его словам, если бы и позволил, она бы не смогла оценить его уровень. Впрочем, дал «нерушимое слово» что сейчас оценивает свою силу на уровне Элиси. То есть восьмидесятый, что весьма скромно. Причиной тому изменение ядра и раны.

— Я желаю, чтобы весть о моём явлении разносили по миру. Пусть мир услышит о пришествии Ифрита и возносит мне молитвы!

— Маловероятно, едва ли такое возможно, — сухо ответил Алёхин. — Ваша верность… господин Ифрит, пока вызывает вопросы. Кроме того, в этом аспекте у нас и так всё сложно.

— Людей уже не так легко впечатлить, — остановил я возмущённого божка. — И уж тем более сначала разберись со своей эфирной природой. После нанесённого урона тебе сразу уж точно никто не поклонится. Полковник, а что происходит?

Слово взял Тищенко.

— Думаю, я лучше разбираюсь в этих вопросах. Если кратко, то религию сейчас… штормит. Даже не знаю, какое слово лучше опишет тот хаос. Одни говорят, что новые боги — ложные до такой степени, что зачастую это расценивается как ересь и порой приходится даже ударить человека. Другие пытаются натянуть сову и иначе трактовать существующие религии. Третьи начали поклоняться принёсшим нам магию. Проявляют активность разного рода фанатики. А тут появляется кто-то той же природы.

Ифрит был недоволен, но ситуацию раскачивать было опасно. А толпы паломников на пороге мне уж точно не нужны. Тогда действительно хоть на Урал переезжай. Не позволять же Ифриту играть в тирана?

Шок людей легко было понять. За один день у меня возникло три крайне необычных союзника. Элиси тоже вполне закономерно причислял к «новым»: ведь раньше она считалась обычным человеком.