Правда, теперь это всё уже неважно. Укрепления, которые с таким большим трудом возводились — прорваны. Карамазовы пошли в атаку, хотя по данным разведки, делать этого не собирались. Маскировка? Или вмешательство извне?

«Донской! Сучара!» Фёдор снова вернулся к таинственному барону. «Что мне сказать отцу? Он так сильно рассчитывал на меня. Не могу же я ему улыбаться и говорить, что всё в порядке. Конечно, нет». Он усмехнулся. «Отец меня на лоскуты порвёт за такое, но есть одна идея… Я свалю всё на барона. Скажу, что он был не один. Приплету к вероломной атаке ещё несколько Великих, и тогда поражение будет выглядеть не таким жалким. Точно! Так и поступлю!»

Внимание Фёдора привлёк дым, исходящий из противоположной стороны, куда не так давно отправился конвой с бронетехникой и пушками для осадного лагеря. Что там могло случиться? Напоролись на диверсантов? Он оскалился: «Так вам и надо. Я специально собирал мощный кулак, чтобы захватить к приезду отца крепость. Надеюсь, Донской подох в бою!»

— Поршенков! — рявкнул он, и сзади тут же появился слуга, который всё это время ожидал своего достопочтенного господина около входа на крышу.

— Ваше Благородие, вызывали? — он глубоко поклонился, да так и остался ожидать приказов.

— Хочу узнать, как прошёл бой с диверсантами, которые напали на нашу колонну, — он усмехнулся. — Глупцы! Сколько бы их ни было, мои архимаги в любом случае размазали их по земле.

— Как будет угодно, Ваше Благородие, мне заняться этим прямо сейчас? Или будут другие указания?

— Узнай, где носит моего отца.

* * *

(То же время. Лагерь Карамазовых, зал для совещаний)

В свободное от совещаний время, Степан Михайлович Карамазов любил предаваться разного рода утехам с молоденькими красавицами. Старый граф всё ещё не оставил попыток родить и воспитать толкового наследника. Виктор, хоть и молодец, но слишком медленно учится. Да и сил у него не так много. Как может встать у руля жалкий архимаг, который даже не желает продолжать своё совершенствование?

— Граф! Вы такой проказник! — восторженная девушка, которая сидела у него на коленках, убрала руку графа со своей груди. — Нас могут увидеть.

— Моя дорогая, уверяю тебя, нам нечего стесняться, — он улыбнулся. — Разве тебя это не заводит?

Несмотря на свой развратный образ жизни, граф тискал девушку не просто так. Он изучал тело для возможного будущего наследника. Девушка должна быть идеальна. Он вспомнил своего старого друга, вернее, бывшего друга, барона Крюгера. В пору своей юности именно он научил графа премудростям отбора девушек.