Тем не менее, нельзя было отрицать и приятную новость. У меня появился нереально живучий танк, а значит, теоретически, я мог с ним попробовать пойти на любого моба в одиночку, даже на усиленного элитного. Вопрос лишь в том, за сколько времени я смогу его убить со своим небольшим личным параметром атаки.

Вот если бы я мог призвать их на пару с Тузиком… Ммм. Это была бы сказка! Крыс получил третий уровень и теперь без бафов имел восемьдесят шесть единиц атаки. А кто знает, насколько я ее еще мог поднять в будущем, путем химерологических экспериментов?

Вы убили краба-каменщика. Ур.2

Получено: 1350 репутации.

Получено:

Нога краба — 2 шт.

Тяжелый панцирь краба-каменщика — 1шт.

Аллилуйя! Все было не зря! Определенно, нужно будет принести жертвоприношение Фортуне: две желчи с первого босса, приручение краба с низким шансом, а теперь еще и нужный ингредиент добыл!

Набрав в легкие побольше воздуха, я попробовал перетащить панцирь в химерологический куб и проверить теорию на своем базовом питомце.

Возможна установка в выделенную область.

Тип:

G

:

M

Ожидаемый эффект: сильное увеличение брони. Очень сильное снижение скорости атаки, очень сильное снижение скорости перемещения.

Время действия эффекта: нет.

Дальше читать даже не стал. Сделав из Тузика панцирную крысу, я гарантированно терял всю его шустрость и изворотливость. Да, я бы немного выиграл в силе атаки, но кто сказал, что суперброня на него сядет также четко, как на того, кто ей обладал от природы? Там даже написано —сильное увеличение брони, а по идее, должно быть«очень сильное» . И толку от этой атаки, когда ты двигаешься, как мертвая улитка и не можешь попасть по противнику?

00:16:39…

Ладно, пора завязывать на сегодня; впереди еще очень много дел, и в первую очередь мне надо определиться, каким способом я полечу в Таиланд. Отозвал питомца в загон и использовал скилл возврата.

Возвращение в Таверну, пожалуйста не двигайтесь.

Осталось: 00:01:29, 00:01:28, 00:01:27…

00:01:19…

Возвращение отменено.

Не понял?

Внезапно мои ноги обожгла дичайшая боль, будто кто-то начал пилить их невидимой бензопилой. Полоска жизни медленно пошла вниз, а я завалился на камни с выпученными глазами, абсолютно не понимая, что происходит, и заорал, словно ненормальный. Невыносимое ощущение разрезания костей все нарастало, заставляя меня корчиться в судорогах, и совершенно было непонятно, как это можно остановить, и в чем заключалась причина; никаких видимых дебафов на мне не висело. Мозг отказывался ясно соображать, мысли словно превратились в жидкую аморфную кашу, и все, о чем хотелось думать — как бы это быстрее прекратилось.