На подходах к базе им снова придется повторить этот фокус.

Не знаю, что сделает система, если обнаружит на музейной базе дуэт старперов-сурверов. Может, и оставит их там доживать свой век. Я лично так и собирался поступить. И им там самое место — они же, считай, музейные экспонаты. Пусть себе хранятся в пыли заброшенных музейных залов — может, и порядок там наведут, когда смятые тазовые кости снова позволят им двигаться.

А вот Кевин… тут, сука, все очень сложно и непонятно.

Он был нужен мне, чтобы быстро смыться из Зомбилэнда.

Что дальше?

А хрен его знает. У него два варианта — либо уйти и попытать счастья в этом мире в одиночку… либо остаться и последовать за мной. До тех пор, пока он жрет куриц, а не гоблинов — у него есть шанс. Жить на базе я его точно не оставлю. Слишком уж непредсказуемый этот Кевин. И слишком живучий. А еще он чем-то похож на меня…

Вернувшись на мостик, я уселся на продавленный диван рядом с припавшим к полу экзом. Скрутив крышку с бутылки, в два приема выпил почти литр компота. Поморщился — кисловато. Но вкусно. Глянув на незнакомого мне молодого совсем парнишку, льнущего к старому капитану Сквалыге, что пытался играть в шахматы с Роксом, на этот раз решившим загнать багги на корабль, а не переть долгим опасными тропами, я велел юнцу:

— Отнеси по бутылке компота старикам и штуки три таких тому, кто сидит на корме и жрет куриц.

— Тому, кто сидит на корме? — парнишка испуганно округлил глаза и губы, заломил запястья, прижал их к груди. — Он стра-а-ашный…

— Захлопни пасть, щенок! — торопливо встрял Сквалыга, ткнув парнишку кулаком в плечо. — И с героем Оди таким голосом больше не разговаривай! Вообще ничего не говори — просто делай! Понял?

— А… ага…

— Так давай на камбуз за компотом, раз понял!

Когда разносчик, не глядя на меня, побежал выполнять задание, я устало прикрыл глаза и безразлично поинтересовался:

— Новенький?

— Кто-то должен греть постель…

— Не тем ты постель греешь, моряк, — крякнул Рокс и двинул вперед ладью. — Шах тебе.

— Ох ты ж… ща вывернемся из этой ситуевины…

— Оди… сыграть не хочешь партийку?

— Не. — ответил я, не открывая глаз. — Как там Кассандра?

— Спит в каюте. Та девчонка с расписной рукой там же. Йорка вроде бы?

— Ага.

— Эта Йорка сначала все пыталась о чем-то с Баском поговорить. Пощечину ему залепила. М-да… а Баск ее выслушал, развернулся и ушел. Она разревелась и к Кассандре… А ты что скажешь, Оди?

— А мне насрать, Рокс, — уже проваливаясь в сон, ответил я. — Мне насрать.

— Любовь земная тебе чужда?

— Когда мир гниет и умирает на наших глазах… какая, нахер, любовь? Это как в горящем здании устроить дискотеку.