Шагнув в неглубокую и, считай, сухую канаву, я подцепил мотыгой комок чьих-то волос и выбросил наружу. Комок оказался содранным скальпом — судя по лоскуту почерневшей и гнилостно воняющей кожи. Рэк ботинком отправил находку в носилки и мрачно глянул на внезапно согнувшегося в рвотном позыве «ферзя» Тарлоса Мага. Один за другим бойцы сходили в канаву и брались за дело. Как и ожидалось, старички действовали быстро и четко. Остальные все еще мялись.
— Чистим! — буркнул я и пополнение наконец-то зашевелилось.
А я поймал себя на мысли, что, говоря «пополнение», имел в виду только двоих — «кошку» и «ферзя». К Клаппабайму я автоматически относился как к старичкам, и он это отношение полностью оправдывал — слушал внимательно, к месту работ шагал быстро, за мотыгу взялся вторым, по сторонам поглядывал зорко.
Метрах в двухстах от нас взорвался криками какой-то сквад. Следом послышался переполненный ужасом и болью дикий вопль. Снова неразборчивые крики и команды… Один из сквадов вступил в бой.
— Продолжаем чистить. — велел я. — Рэк… кость пропустил. Берцовая, что ли?
— Гоблин сдох в мучениях. — заржал орк, бросая изгрызенную кость в загремевшие носилки. — А тут неплохо, командир. Прямо вот, сука, неплохо…
Крики сместились в нашу сторону и стали куда более истеричными.
— ОН ВЫРВАЛ МНЕ ЖОПЫ КУСОК! ЖОПЫ КУСОК! — взвыли за чуть перекошенной беседкой.
— Тут ты прав. — усмехнулся я, вонзая мотыгу в грязь и тяня на себя. — Тут ты прав, орк…
— Там орут! — не выдержал Тарлос, выпуская из лап мотыгу и хватаясь за странным образом низко подвешенный топор за спиной, при каждом шаге бьющий владельца под колени. — Разворот!
Опять это произошло. Опять кто-то пытался перетянуть контроль на себя. Но на этот раз мне даже дергаться не пришлось — один удар Рэка, и охнувший красавчик рухнул на землю. Удар был скорее роняющим, чем калечащим. Поэтому Тарлос, возомнив себя обладателем противоударного хлебала тут же подскочил, выпятил ушибленный оплеухой подбородок, что-то хотел проорать, но обрадованный подарком орк ударил еще раз. Рукоятью лопаты под колено. Маг упал. Наступив на его грудь, орк шумно втянул поглубже сопли, резко наклонился и как раз успел метко и смачно харкнуть прямо в возмущенно открывшуюся пасть ушлепка. Тот немедленно выгнулся, захрипел, забулькал и выдал пару литров желтой блевотины по направлению к стальному небу. Восхищенная свободой блевота благодарным теплым компрессом растеклась по ушибленному бинтованному подбородку. Орк брезгливо отошел. Я же, выгребая из канавы камни и мелкие кости, ласково сказал: