— Мы здесь, лид, — за моей спиной вырос Рэк, за ним сгруппировались остальные. — Раздвинуть этих любопытных хренососов?
— Ага. — не стал кобениться я.
Мы шатнулись вперед и… навстречу выскочил сияющий как полуденное солнышко Эйжоп, тут же завопивший во всю глотку:
— Добро пожаловать, герой Оди! Добро пожаловать на бой! Второй боец прибыл! И это тот боец, на которого поставили очень многие! Расступитесь! Расступитесь! Дайте пройти герою!
Ответив на его вопли равнодушием, я спокойно зашагал по узкому проходу, оглядывая толпу. Меня интересовали рожи собравшихся. Все они пялятся на меня по-разному. Но никто не смотрит с безразличием. Я легко читаю их эмоции, прислушиваюсь к обрывкам витающих в воздухе фраз.
— Артур его сделает…
— Поставил на новичка двести крон. Двести!
— Я поставил на него же. — успокаивающе гудит медведеподобный гигант, исподлобья глядя на меня. И в его крохотных глазках я вижу отблески жадной ненавистью, которую он скрывает изо всех сил. Нет. Этот мужик поставил не на меня. Он вложился в Артура, не сказав об этом друганам, что поставили на меня. И теперь его терзают сомнения, его душит жадность, его гложет страх потерять денежки…
— Артур… Артур…
— Оди… Оди… гоблин…
— Он спятил, если пошел против Арта!
— Арт… Арт…
— Кто знает этого Оди…
— Пятьдесят на гоблина!
— Триста на Арта!
— Хрен разберешься… никак не могу решить…
— Ты сдохнешь, Оди! Сдохнешь! Арт размажет тебя! Он боец! А ты… ты… ты…
— Пошла нахер, уродина! — ревет Рэк, показывая крикунье оба средних пальца. — Иди отсоси у скабба!
— Пошел ты! Сам соси, сука! Сам соси! — визгливо взорвалась неумело разукрашенная косметикой девка.
— Балаган. — процедил я, поморщившись.
Выкрики и гудение изрядно утихли, когда я наконец вывалился на пятачке в центре колышущейся толпы. Мне тут же показали кресло с высокой изогнутой спинкой и широкими подлокотниками. На правом — бутылка самогона и запотевший кувшин компота. На левом пустой бокал, тарелка с ананасами и персиками, у тарелки небольшой квадратный конвертик из бумаги. Неплохо встречают. Садись боец, вмажь сто грамм, запей компотом, заешь ананасом, а потом загляни в конвертик.
Я сел, хлебнул компота, не глянув на самогон. Зато заглянул в конвертик, без удивления обнаружив там парочку полупрозрачных зеленоватых слезинок. А вот и таблеточки. Аккуратно сложив конверт, убрал его в набедренный карман штанов, после чего еще хлебнул компота, сложил ладони на брюхе и выжидательно уставился перед собой — на стоящее на противоположной стороне такое же кресло. Кресло такое же, но зато под ним небольшой красный ковер, на нем столик с яствами. А вот седока нет — «опасный» Артур шагах в шести поодаль тихо о чем-то разговаривает с несколькими серьезными с виду мужиками, что нет-нет да поглядывают в мою сторону. Среди этих крепышей выделяется мужик с длинной соломенной шевелюрой и волевым подбородком, украшенным легкой брутальной небритостью.