— В точку. Задание на вид простейшее. Все, что требуется от сквада — пройти по указанным координатам и зажечь голубой свет в комнате. Все. Задание выполнено. Одна проблема — никто и никогда этого задания не выполнял. А те, кто пытались… они большей частью мертвы.

— Это звучит интересно. — признался я. — Подробности! Где? Что за свет?

— Инфы немало… место всегда одно и то же. Четвертый этаж второго больничного корпуса. «Комната номер 191−28Боль».

— Как-как?

— Звучит странно, но так уж указано в описании задания — «комната №191−28Боль».

— Саму дверь видели?

— Никогда. Врут много. Если начнешь расспрашивать — услышишь немало самого невероятного дерьма. Кто-то, мол, почти дошел, кто-то даже коснулся ручки и повернул, но тут… в их рассказах дверь то обычная, то стальная, то сейфовая, то утыканная сотнями ножей, то заваленная горой трупов. Я потратила на расспросы часы и сотни крон. Я оплачивала ужин и пойло самым старым из тех, кто некогда был реальным бойцом, но опустился на самое дно и остался в Угольке.

— Славный треп ветеранов…

— Славный бред ветеранов, скорее уж тогда. Чтобы не прерывать ужин с обилием еды и бухла, они начинают выдумывать, растягивать, искажать, преувеличивать свою роль.

— Ведут себя как обычные гоблины. — пожал я плечами и осушил очередную чашку.

— Не слишком много кофе?

— Организм требует. — ответил я чистую правду. — Прямо тянет. Вода, кофеин, печенья. Больше ничего не хочется.

— Мать напичкала тебя своими странными коктейлями. — кивнула Кассандра. — Бывает. Однажды один из моих бойцов три дня не мог ничего жрать кроме сырой рыбы — вместе с кишками. И ничего — выздоровел. Его убили на следующем задании броском бетонной рыбьей башки, оторванной от скульптурной группы в заброшенном саду рядом с первым больничным… но тебе неинтересно, да?

— Ага. Что еще про этот синий свет?

— Из фактов?

— Только из них.

— Смерть. — коротко ответила Кассандра. — Много смерти. Такое впечатление, что с четвертого этажа второго больничного корпуса начинается ад, откуда уже нет возврата. А по пути к этому гребаному четвертому этажу все нарастающего сопротивления столько, что кажется, будто ты пытаешься силой проломиться в рай.

— Ты там была?

— Дважды.

— Опиши.

— Все как у всех. Ты почти без проблем доходишь до второго больничного. Да, зомбаки встречаются — поодиночке, малыми группами, но при этом они случайные. Ранды.

— Поясни.

— Ты же вчера зажег в Зомбилэнде. Сам еще не понял?

— У нас, скорей всего, термины разные. Я видел два типа зомбаков — отбившиеся, искалеченные, бродящие туда-сюда бесцельно. Их ты, похоже, называешь случайными.