Переступив порог, я коротко огляделся. Вдоль стен двухъярусные кровати, между ними тумбочки, недалеко от двери большой стол — прямо как заказывал. Идеально чисто. Выметено, протерто, никаких личных вещей почившего сквада. Стены украшены не слишком талантливыми, но достаточно неплохими картинами-призывами к соблюдению личной гигиены, стремлению к вершинам, бережному отношению к оружию, снаряжению и, конечно же, много напоминаний о взаимовыручке и о том, что боец бойца в беде не бросит.

— Неплохие казармы. — подытожил я.

— Неплохие. — грустно кивнул стоящий рядом Рокс. — Продать такое… даже если былое не вернуть… Здесь все дышит ДюжаДюжем.

— Тут чистенький музей. — возразил я. — Набирайте новичков. Или потеряете все.

— Было бы это так легко. — вздохнул Терр. — Думаешь, мы не пытались?

— Не думаю, — ответил я и мрачно заглянул в его усталые не по возрасту глазу, — знаю. Вы не пытались. Дай угадаю — каждый день ты один или вы оба ходили к платформе, где собираются новички. Там вы, потрясенные недавней потерей, выбитые из привычной колеи, не чувствующие себя уверенными, пытались привлечь к себе внимания зеленых добросов, глядя при этом в землю и бубня что-то невразумительное. Хромой морщинистый моргун больше молчал и устало вздыхал. Юнец старательно улыбался, выглядя пнутым в сраку обделавшимся щенком.

— Да как ты!.. — взвился и тут же сник Терр, уставившись в землю.

— Хромой морщинистый моргун, — едва слышно повторил Рокс, — вот кем я теперь стал для всех?

— Кто полноги сожрал?

— Блондинистая больная сука. А помогал ей чернявый.

— Что сделал с ними?

— Нехорошее.

— Почему не чинишься?

— Давно случилось. Привык уже так жить.

— Лжешь. Почему не чинишься, старик?

— Потому что с обеими ногами не останется причины не возвращаться в Зомбилэнд. — проворчал Рокс. — А так я уже какой год калека на хозяйстве.

— Им и оставайся. Приглядывай за нашим барахлом. Раз ты механик — погляди на изломанное снаряжение, может, удастся что восстановить. Я заплачу. Немного, но лучше тебе, чем системе, верно?

— Верно. Договорились, герой. Где ломаное?

— Призм притащит сюда все. Покажет нужные тюки. А это что у стены?

— Мечта.

— Пахнет пылью и ржавчиной. — заметил я, глядя на прикрытое пластиком и брезентом нечто, большое и непонятное. Чуть в стороне замеченное ранее нечто, закрытое плетенками.

— Как и все вокруг в этом мире. Не лапай святое, герой. И мы не поссоримся.

— Кое-какие зубы у тебя все же остались. — фыркнул я, чувствуя, как повышается настроение. — Терр, поработаешь мальчиком на побегушках?

— Я мечтаю стать героем!