— Нет, ну я же просто хотел тихо и спокойно долететь до болот, куда даже вампиры лишний раз не суются, поскольку не хотят конкурировать с местными комарами за их провонявших тиной обитателей! — Возмутился Олег вселенской несправедливости и несовершенству мира, заходя на вынужденную посадку. Ну, как вынужденную…Чисто формально продолжить свой путь дальше ему никто не мешал. Кроме совести. Того бесполезного казалось бы морального рудимента, который по мнению Олега отличал настоящего человека от прямоходящей лысой обезьяны с увеличенным интеллектом. — Никуда не собирался лезть, ни в какие приключения был не намерен влезать, тихо и мирно сделать свое дело…Но так ведь нет! Надо было этим придуркам всего-то в паре десятков километров от маршрута моего следования массовое публичное жертвоприношение устроить, да ещё с песнями и плясками!
Деревенька, мимо которой пролетал Олег, была хоть и невелика размером, но защищена не хуже иных крепостей или мало отличающихся от них сибирских поселений. Она стояла на холме, с одной стороны этот холм имел на редкость крутой и высокий склон, делающий подъем без магии или навыков альпиниста почти невозможным, с другой мимо него текла река, служащая естественной преградой, а заодно бесконечным источником воды и пищи. На четырех вышках, стоящих по углам поселения, точно располагались какие-то орудия, пусть даже и легкие. Стена по периметру, внутри которого стояли дома, была возведена из камня и выглядела достаточно надежной, чтобы первый попавшийся боевой маг ранга так третьего-четвертого не мог развалить её с полпинка…И чародею бы только и оставалось порадоваться за здравый смысл её обитателей и их подготовку к неприятностям, если бы не одно. В центре поселения имелась площадь, на этой самой площади горели образующие алые костры, свет которых ровными лучами, отчасти напоминающими работу прожектора, поднимался к небесам. Причем расположены эти штуки были не ровным кругом или там правильным квадратом, вовсе нет! Они образовывали какую-то рогатую трапецию с двумя треугольными выступами в центре нижней части, и сей символ был Олегу относительно неплохо знаком. Он не знал его точного значения, но раньше уже не раз видел. На трофейных артефактах из зачарованного золота, доставшихся победителям после битв с вампирами Южной Америки.
— В принципе, у меня все равно маленькая вынужденная война с кровопийцами началась. Почему бы и не начать её здесь и сейчас, вернее просто продолжить свои предыдущие действия по уничтожению этой дряни там, где она мне на пути попадется… — Рассуждал Олег, уже двигаясь к месту проведения некоего жертвенного ритуала и заодно изучая место его проведения, хорошо видимое с высоты благодаря щедрой подсветке. Вдоль границ площади в большом количестве стоял народ, а вот в центре рисунка из огней людей убивали. Жестоко, медленно, с выдумкой и очень показательно, можно даже сказать красуясь перед публикой. Избивали дубинками, сейчас отставленными в сторону, но все ещё несущими на себе следы свежей крови. Резали зловещего вида обсидиановыми каменными пырялами, ныне сложенными на специальном подносе из желтого металла, удерживаемом то ли жрецом, то ли ещё каким любителем ритуалов. Швыряли в пламя, дабы придать бодрости жертве, мгновенно забывавшей о своих переломах и кровотечении, когда её плоть начинала обугливаться. Ну а выползшие из огня агонизирующие куски обугленного мяса рубили топорами на части, начиная с ног и стараясь каждым ударом снять как можно более тонкий слой плоти. Шесть или семь несчастных уже превратилось в месиво, которое даже Олег не смог бы воскресить, ещё десятка два связанных пленников ждали своей очереди под присмотром вооруженной охраны. — Я бы, конечно, предпочел уничтожать самих вампиров, но культисты — так культисты…Твари, в принципе, ничуть не лучшие и надеющиеся однажды пополнить ряды жрущих людей уродов, поголовно наделенных силой, живучестью, магией и условным бессмертием, только физиология у них человеческая и потому прятаться в обществе им удобнее…