— Полагаете, с этим можно жить?

— Думаю, вполне. Хотя определенных сложностей тебе не избежать, — Док запнулся. — Послушай, если говорить начистоту, ведь зрение не основная проблема, так? С тобой происходят и более странные вещи?

— Вы так считаете? — я понял, что мы затронули ту самую опасную тему.

— Мы здесь одни, — Док понизил голос. — Видишь ли, в ту ночь я не спал…

— Ну да, я учуял ваш табачок. Курили на баке катера, так?

— Нервы, бессонница, дурная привычка отравлять легкие. Я видел, как ты поднимался на борт, но не мог понять, что ты собираешься делать.

— Что ж, отрицать бессмысленно. Я забрался на борт и придушил засранца. Если спросите, как и зачем я это делал, едва ли у меня найдется исчерпывающий ответ.

— Готовь поверить, — прошептал доктор. — Я ведь видел собственными глазами как ты вползал на борт. Еще то зрелище… Тебе не кажется, что тебя вело Нечто?

— Меня вели Болота, — резко сказал я. — И еще, мне самому страшно хотелось, так или иначе, покончить со всем этим. Вышло, что я первым делом покончил с лейтенантом. Нельзя сказать, что таков был мой план, но я об этом не жалею.

Мы молчали. Потом Док вздохнул:

— Единственное о чем жалею я, так это о собственном малодушии. Куда честнее было бы сразу встать лицом к лицу с Келлогом и всадить ему пулю в лоб. Что мне было терять? Почему я ждал, когда с грязным делом управится слепой мальчишка?

— Если бы я был зрячий, у меня бы не хватило духа, — пробурчал я. — Говорю же, меня вели Болота. Милостиво позволили выбрать смерть: лейтенантская или моя.

— Слишком жутко. Не хочу в такое верить, — прошептал доктор. — Да, совершенно иной мир. Он непременно нас убьет, как думаешь?

— Я ослеп, стал убийцей, съел лягушку, и мне расхотелось умирать.

Доктор долго раздумывал над конструкцией моего объяснения, потом спросил:

— Значит, мы попытаемся выбраться? Откровенно говоря, я уже был готов сдаться.

От этого признания мне вновь стало не по себе. Доктор Крафф — человек не робкого десятка, образованный и достаточно отчаянный. Если он спрашивает меня таким странным тоном, уж не я ли в действительности и стал тем Безумным Голосом Болот?

— Сдаться мы всегда успеем, — напомнил я. — Возможно, здешние островки, рыбешки и всё такое прочее готово нас отпустить. Допустим, до гарнизонного лагеря мы доберемся. Вот что дальше? Сдадите меня как экспонат в Британское Географическое общество?

— Во всяком случае, там тебе обеспечат недурную кормежку, — усмехнулся доктор. — Но что-то мне подсказывает, что куда скорее ты сам сдашь меня Болотам, и уж я-то не отделаюсь увеличением зрачков. Забавно, я становлюсь мистиком, кто бы поверил.