Это существо из сказаний умудрялось неестественно быстро ускоряться, менять траекторию удара, в ситуациях, где законы физики просто-напросто падали в обморок от их же нарушения.

Мужчина продолжал странный танец уже несколько минут.

Потоки против этой твари не работали вовсе. Они не проникали через что-то, что их сдерживало.

Фитс пытался пользоваться воздухом и кидать при помощи него предметы, но и это не причиняло монстру из детский сказок никакого вреда. Оставалось лишь одно — пытаться пробить доспех скромной глефой.

Рывок вперёд и Император, уже без трона, нанёс взмах, целясь в огромный красный глаз с чёрным зрачком.

Низведённый неестественно извернулся, будто бы сколопендра, и подставил под глефу свой резак. Фитсрой отскочил от ножа и угодил в стену, сломав пару костей и сразу же исцелив их.

Однако мужчина начал уставать. Даже артефакты не могли долго заменять ресурсы собственного тела. Мужчина не был всемогущим, у него имелись свои пределы, как и у всех.

— Да, когда ты уже дашь мне прикончить тебя, дрянь! — выкрикнул Фитсрой и воспользовался конструкцией «Квинтэссенции».

Столп света ударил в Низведенного, но и это даже не замедлило его. Свет будто бы «обошёл» доспехи, не нанеся существу никакого вреда, что заставило Фитса уйти вбок, дабы избежать очередного странного выпада монстра.

Резак влетел в стену за спиной Императора.

Мужчина вдарил конструкцией воздуха и отбросил из центра зала бессознательное тело девушки с рыжими волосами.

«Этой твари вообще, видимо, плевать на случайные жертвы. Растопчет её, как насекомое сапогом, а потом во всём обвинят беднягу МЕНЯ!»

Фитсрой стал пятиться к удачно выбитому тем рыжим дураком, как снарядом, окну.

Резак вновь упал, кроша каменный пол, и Фитсрой опять ушёл влево.

Внезапно резак изменил свою траекторию. Рука чудовища, еще не закончив прошлый маневр, выгнулась, будто бы в каком-то дополнительном суставе и оружие поразило Фитсроя.

Мужчина закричал от боли и по инерции ушёл назад.

Он быстро впитал в себя ещё большее количество потоков земли, но рана по какой-то причине зарастала настолько медленно, что кровь успевала выливаться из неё.

Левая рука мужчины отказала из-за перебитых костей, мышц и артерий плеча. Взгляд заволокло красноватой дымкой, в ушах будто бы бил огромный барабан. И Фитсрой сделал самое разумное, что можно бы было сотворить в подобной ситуации, а именно, развернулся и побежал к разбитым витражам.

Это была настоящая гонка со смертью. Каждый новый шаг — секунда жизни. Мужчина ощутил дуновение ветра и тяжело перекувырнулся.