Пятно чернил на коже боевого мага размылось в хаотическую мешанину дергающихся туда-сюда черточек и линий, чтобы спустя пяток секунд сформировать лицо Оливии, немедленно зашедшейся в истошном крике.
— Бальтазааааар! Помоги-и-и-и!!! — Конечно это могла быть и фальшивка. Легко. Но почему-то я был уверен, что на той стороне магической связи находится настоящая австралийская студентка, которая вероятно уже тысячи раз прокляла и тот момент, когда мы встретились, и то время, когда наши дорожки разошлись. — Они сейчас сдерут с моей руки кожууу!!! Ааа! Не-е-е-эт!
Визг отчаянной боли, переходящий в хриплый надсадный рев исключительно по причине сорванных в крике голосовых связок, заставил поморщиться и в гневе до хруста сжать кулаки. К счастью, продолжался он недолго, поскольку татуировка вновь размылась в цветное пятно, чтобы сформировать в итоге лицо барона, к которому у меня теперь имелись некоторые личные счеты. Не то, чтобы я раньше не собирался его при случае пристукнуть за все хорошее, но теперь хотелось сделать это медленно.
— Я не шутил, когда обещал тебе, что казню всех рабов, если ты не признаешь поражение в войне и не сдашь город, — голос Волаза был спокоен, словно это не совсем рядом с ним пытали девушку, не сделавшую, в общем-то, барону ничего плохого. — И первой будет эта Оливия. Сначала мои палачи её разрежут на части. Потом те в более-менее прежнем порядке сошьют. Отдадут псам. И то, что после них останется, будет сначала насажено на вертел, а затем изжарено заживо на медленном огне. Остальные дикари из вашего жалкого мирка, конечно, умрут легче…Но кольев, чтобы их рассадить вдоль городской стены, у меня хватит. Никто не смеет бросать тень на честь Волаза Серого без того, чтобы столкнуться с возмездием! Никто!!!
— Ты больной ублюдок, — проинформировал я барона, который возможно даже и не понимал, что в его предполагаемом плане развлечений могло меня так оскорбить и выбесить. Да ему и не надо было. Кто-то из работающих на Волаза специалистов смог просчитать мои болевые точки, продемонстрировав не то нехилый пророческий дар, не то глубокое знание психологии и развитые аналитические способности. Плюс момент и способ связи был выбран явно не просто так. Дипломатический контакт при помощи обелисков между нами, как в процессе объявления войны, был вполне возможен и не сильно даже по карману бил, только о итогах подобных переговоров кроме меня мог тогда вообще никто не узнать. А сейчас, пока я нахожусь в состоянии бешенства после разговора со своим оппонентом, и среди обитателей Убежища наблюдаются бурления, вызванные столь горячими новостями, затрагивающими всех землян нашего региона, для его засланцев настало идеальное время, дабы просочиться в город и попытаться сделать свою работу. Если бы не полуэльф с легендарными навыками в разведке, у кого-нибудь из них вполне могло бы и получиться. — И, кстати, ты вообще в курсе, что Серый Причал уничтожил не я? Мои войска пришли уже на пепелище. А в других двух деревнях мы действовали относительно прилично, знаешь ли. Любой независимый наблюдатель назвал бы эти действия цивилизованной войной, ибо по большей части их жители остались целыми и невредимыми. Дома никто не жег. И даже грабили мы не совсем все подчистую, оставив достаточно, дабы срам прикрыть и ноги с голоду в ближайшем будущем не протянуть.