Когда пришло время выхода Хана из сферы, в лаборатории собрались все. Хотя сам процесс прошел без каких-либо видимых эффектов: просто сфера распалась, и в операционном кресле остался лежать Хан. Который тут же очнулся и спокойно встал, внимательно осмотревшись. Теперь это был на вид самый обычный человек, правда, слегка небритый, так как в последние трое суток заклинания вывели из спячки все физиологические процессы организма. Честно говоря, не думал, что Хан окажется темноволосым парнем с голубыми глазами.

— Ну-с, и как ты себя чувствуешь? — с заметным любопытством в голосе спросил Герман.

— Отлично, — ответил Хан, приветственно кивнув нам, и сделал пару разминочных движений, явно проверяя тело.

— Какие-то изменения? — поинтересовался Герман.

Хан только задумчиво посмотрел по сторонам, а потом внимательно — на Германа. Мой ИИ тут же уловил процесс передачи данных между ними. Собственно, застывший на минуту Герман это явно подтвердил.

— Что с силой? — хмуро поинтересовался Гримжоу.

— Пока не ясно, — тоже слегка нахмурившись, ответил Хан.

Все-таки я был прав: у него есть эмоции, просто в прошлом теле они, похоже, были отключены.

— Хм. Все понятно, — хмыкнув, весело произнес очнувшийся Герман, — Все тату и гравировки на месте, ему осталось их только активировать через месяц, после адаптации тела.

— Значит, можно возвращаться к нам на базу? — с нотками радости в голосе спросил Гримжоу.

— Конечно! — тут же вскрикнул Герман и, повернувшись, пошел к выходу из лаборатории.

Остальные последовали за ним, устало улыбаясь. Хотя исследования оказались весьма интересны, но слишком уж бедная и маленькая станция у светлых. Особенно сильно на всех, и на меня тоже, влияло отсутствие дивного сада сэра Грима. Уже выходя из лаборатории, я краем уха услышал фразу Гримжоу:

— План остается в силе?

— Да, — четко ответил Хан.

Кажется, скоро мы отправимся к демонам в гости. Ну как скоро — года через четыре или чуть больше. Это время необходимо для восстановления Хана и его попыток пробудить у меня силу духа и жизни.

После возращения на базу темных все завертелось как-то слишком быстро. Все мои дни превратились в череду тренировок. Утром занятие с Ханом, потом Гримжоу, затем Герман и потом опять Хан. Хотя более всего меня интересовали тренировки именно с Ханом. Весь мой интерес начался через месяц после возращения на базу, когда мы с ним остались одни в тренировочном блоке. Тут впервые Хан начал говорить нормальными предложениями, а не только короткими словами и мыслеобразами.

— Для того, чтобы ты почувствовал энергию Ян и Инь, тебе необходимо полностью освободить свое сознание, — размеренно произнес он, сидя передо мной в позе лотоса.