Лицо продолжало сохранять смазанные очертания, фигура частично оставалась бледной и невыразительной.
Но теперь всё изменилось — теперь он выглядел как…
— Чего уставился? — хмыкнул Фабио в ответ на мой взгляд. — Не узнаёшь?
Кожа конечно всё ещё бледная и неестественно гладкая но если не слишком тщательно присматриваться и уж тем более не придираться то передо мной был вполне себе живой человек — по крайней мере внешне.
Не марионетка без выразительных черт. О нет, выразительных черт ему хватало — длинный нос, заострённый подбородок, в целом вытянутое лицо с выступающими скулами. Высокий лоб, глубоко посаженные глаза, тонкие губы и узкие брови вразлёт. Красавцем такого конечно не назовёшь но при этом я вынужден признать что своеобразной харизмы этой физиономии не занимать — особенно когда её обладатель усмехается и зыркает исподлобья вот как сейчас.
Впечатление конечно портили волосы на голове больше похожие на оплывшую чёрную шапку и наряд представляющий из себя всё то же бледное невыразительное нечто смахивающее на какой-то не-то халат, не-то балахон — только не мешковатый а более обтягивающий, что-ли.
Видать на то чтобы полноценно сформировать свой прижизненный образ ему всё ещё нужно было время…
Стоп — время!
— Сколько времени прошло после практикума? — напрягла меня внезапная догадка. Поморщившись от охватившей тело слабости я попытался подняться с постели и оглядеться. — К-как давно я здесь?
Где именно здесь догадаться труда не составило — прежде мне уже доводилось пару раз бывать в ристелльском госпитале в качестве пациента и эти зелёные стены я узнал запросто.
Только похоже в этот раз меня поместили в отдельную палату а не уложили в общей рядом с прочими ранеными в ходе прилежной учёбы студентами.
Собственно этот факт наряду с изменением внешности Фабио и натолкнул меня на мысль что провалялся я тут явно больше одного дня.
— Дошло, значит? — усмехнулся Фабио прохаживаясь рядом с моей постелью со сложенными за спиной руками. — Вынужден отдать тебе должное, сосуд — я рассчитывал что сразу после пробуждения ты будешь соображать куда туже.
— По себе других не суди, — буркнул я и отбросив тонкое белое одеяло спустил ноги с кровати. Отпихнул в сторону тапки услужливо оставленные рядом с ней и с удовольствием опустил босые ступни на гладкий и самую малость прохладный пол. — Как давно я здесь?
Поднявшись на ноги я хотел было пройтись по палате но пошатнулся от накатившей слабости и рухнул обратно на кровать.
— Ты чересчур нагло звучишь для того кто даже на собственных ногах удержаться не может, — презрительно поморщился Фабио.