И хоть я сразу догадался что к чему но едва оказался здесь как укрепился в своих догадках лишь сильнее.
Они продолжали крепнуть по мере того как проводник вёл меня запутанными коридорами и залами Арены пока не вывел а один из амфитеатров — не самый большой но и не самый скромный из местных.
Как раз впору для того что здесь сейчас будет происходить.
— Теперь жди, — велел парень и поспешил прочь успев бросить напоследок: — Удачи.
Я кивнул ему вслед и прикрывая глаза от яркого солнца висящего над ареной вышел на её центр. Поджал губы и пнул песок на пробу.
— Парень! — раздалось где-то над головой.
Вратимир Дракстейн появился в одной из лож нависающих над ареной. Он был одет не в свой привычный чёрный плащ а более практичный тренировочный наряд и подпоясан ремнём на котором висели ножны с мечом.
— Профессор, — кивнул я. — Полагаю это вы меня сюда вызвали?
— Ты рассчитывал на кого-то другого? — пренебрежительно бросил Дракстейн глядя на меня с высоты.
— Отнюдь, — хмыкнул я. — Никто другой меня бы не устроил.
— Рад слышать. Постараюсь оправдать твои ожидания. Но прежде хочу уточнить — кто ты сейчас?
— Хороший вопрос, — отозвался я делая вид что придирчиво осматриваю себя с головы до ног. — Думаю ответить на него можно по разному но я предпочту вот так — сейчас я определённо не тот кем был вчера. А вчера был не тем кем неделю назад. А завтра наверное буду уже не тем кто я есть сейчас. Люди ведь непрестанно меняются, профессор — особенно те кто решают круто переосмыслить свою жизнь. Такие меняются особенно… круто.
— Кажется ты подрастерял красноречия после нашей последней встречи, — прищурился Дракстейн.
— Вам воистину лишь кажется. Но если что я всегда готов разубедить вас в ваших заблуждениях. Даже прямо сейчас. Вы не возражаете?
Тысяча Клинков воззрился на меня перегнувшись через перила ложи. Смотрел пристально и внимательно — даром что издали.
И честно говоря несмотря на всю напускную браваду мне под его взглядом стало нехорошо. Он и прежде смотрел на меня не особо приятным образом но сейчас… сейчас он впервые словно пытался разглядеть во мне нечто на что мог бы обрушить всю свою тысячу или сколько их там у него на самом деле клинков.
И должен сказать от осознания этого приятного мало.
Мягко, мать твою, говоря.
— Что такое, парень? — прищурился Дракстейн выпрямляясь и будто бы уловив моё внутреннее смятение. — Только не говори мне что ты… не уверен в себе. После тех напыщенных, преисполненных самовлюблённого пафоса речей ты стоишь передо мной и трясёшься боясь того что тебя ждёт хотя сам же этого и просил. Сам же этого требовал. Сам призывал обрушить на тебя всё что у меня есть. Было такое?