— Меня никто не вынуждал! Я сам всегда делал свой выбор! — рявкнул я и ринулся на Дракстейна.
Он отскочил вскидывая меч.
Ногой взметнул перед собой волну песка в которую я влетел разметав её на полной скорости.
Кристалл вспыхнул в моём кулаке сжатый до хруста костей во всём теле. Рванулся неудержимым потоком выплёскиваясь между пальцев и разливаясь по руке. Сковывая её до самого плеча, перекидываясь на шею и грудь.
— Правильный или нет — плевать! — рвался яростный рык из моей груди. — Но он был мой. За все ошибки, за всё что потерял и чего так и не обрёл отвечаю только я сам. Только я виноват в собственных слабостях, собственных страданиях и несчастьях. И если и мстить кому-то то самому себе — прежнему себе!
— Ты не мстишь — ты врёшь себе! — взревел Дракстейн в ответ взмахнув мечом и бросившись мне навстречу. — В тебе нет ничего кроме сожалений и стыда. Чтобы избавиться от них ты пойдёшь простейшим путём и сдашься на волю соблазнов как любой из тебе подобных. Ты не сможешь бороться со своей природой — ты не сможешь стать тем кто сам прокладывает свой путь пересиливая трудности и страдания. Ты лишь сосуд для чужих устремлений!
— Ложь! Вы заблуждаетесь!
— Так докажи что я ошибаюсь раз так в этом уверен!
Кристальная броня вспыхнула наливаясь силой. Затрещала, распираемая изнутри.
Меч в руке Дракстейна взметнулся устремившись мне навстречу. Ремешок на его рукояти лопнул не выдержав напряжения и ножны соскользнули с клинка обнажив короткую полоску стали.
Луч солнца вспыхнул на ней породив россыпь отблесков заплясавших по моей кристальной руке несущейся навстречу.
Страх, ненависть, азарт, боль, ярость, сожаления, надежда, решимость — всё слилось воедино, всё рвалось наружу в неудержимом порыве.
Мир вокруг дрогнул. Затрещал.
Это будет наш последний обмен ударами — и будет он…
— На этом всё, мальчики!
Обжигающая холодом вспышка окутала нас с Дракстейном за мгновение до сокрушительного столкновения.
Мир перестал дрожать в одно мгновение — его сковал лёд. Захлестнул, подавил, подмял под себя.
Умопомрачительные прозрачные пики взметнулись к небесам. Поднятый в воздух песок замер блестящими ледяными завихрениями. Высеченные из сердец величайших ледников исполины сомкнули ряды окружив нас с профессором и заставив замереть на месте без движения.
Обжигающе холодные пальцы сомкнулись на моих запястьях, предплечьях, кистях, лодыжках, шее и вообще по всему телу заключая в несокрушимую тюрьму.
Замерший напротив Дракстейн оказался в аналогичном положении — инеевое воинство спеленало нас обоих во мгновение ока. Сразу несколько полупрозрачных неподвижных рук вцепились в клинок профессора задвинув его обратно в ножны и намертво там зафиксировав.