Только не говорите мне, что всё это время таки было куда? Неужели на Винис внезапное озарение снизошло за время моего отсутствия?
Или просто дело в том, что в академии не так давно появился предельно талантливый молодой профессор артефакторики, благодаря занятиям с которым Ринку как раз и посетили столь долгожданные прорывные идеи?
Ай да Джессика, моя ты гениальная ворчунья.
Жду не дождусь наконец увидеть, что же там такого припасла Ринка и чему научилась, раз аж в эфирные доспехи по такому случаю нарядилась.
Двигались мы между тем от одного форпоста к другому. Здесь, в Живых Подвалах, даже проторенные маршруты оставались опасными ввиду общей изменчивости пространства и потому приходилось каждую минуту сохранять предельную осторожность и сосредоточенность.
В такой обстановке было как-то не до созерцания окрестных пейзажей, но я всё равно нет-нет, да поглядывал по сторонам с нескрываемым любопытством. Ну ещё бы — впервые так глубоко в Живые Подвалы забрался.
Пятый уровень выглядел… блин, если скажу «особенно» или «своеобразно», значит всё равно что ничего не скажу. Это Живые Подвалы — место по своей природе своеобразнее некуда. И поэтому его так непросто описать словами.
Сложно подобрать подходящие выражения. Необычно, жутко, иррационально, отталкивающе, настораживающе, пугающе, и вместе с тем по своему завораживающе — вроде бы эпитеты и отражающие суть, но не до конца.
Хотя наверное не найдётся в человеческом языке слов, способных в полной мере выразить то, что я ощущал, шагая по пятому уровню. Уверен, девчонки чувствовали себя так же — как бы ни старались, но время от времени не могли удержаться от того, чтобы выдать свои чувства во взгляде, позе, движениях или выражении лица.
Пульсирующее, словно сотканное из расслаивающихся живых лент небо нависало над жуткими, монструозными конструкциями из чего-то, похожего на металл, камень, стекло и плоть одновременно — необъятные абоминации сталкивались друг с другом от одного края горизонта до другого, возвышаясь над нашими головами словно безмолвные стражи, следящие, чтобы никто посторонний не проник вглубь обетованной территории. Там и тут, если слегка присмотреться, даже можно было разглядеть некие подобия огромных, сплетённых из всего подряд рук, протянутых в нашу сторону. Уверен, на самом деле мы тут ни при чём, это скорее всего какая-то оптическая иллюзия — мы ведь только-только сюда спустились, не могли же эти гиганты заранее знать о нашем приходе.
Чуть ближе, при взгляде вниз с пружинистого всхолмья, которым мы сейчас шагали, глазам представала узкая серовато-коричневая равнина, вдоль и поперёк изрезанная чудовищными ртами — вот честно говорю, именно на рты эти жуткие расселины и походили со стороны. Готов поспорить, что время от времени замечал, как они двигаются, приоткрываются и схлопываются, а в глубинах, под покровом маслянистого мрака, ещё и двигаются какие-то массивные не то языки, не то змеи.