А следующей сценой значилась небольшая тренировка с маленькими хоккеистами, которые ждали у бортика, чтобы взять у меня и Майка автографы, и как только они услышали слова режиссера, то тут же буквально облепили нас.

Вот странно, «могучие утята». Я хорошо помнил, что «Могучие утята» — древний, но при этом очень хороший детский фильм про хоккей, снимался позднее, году этак в 91-м или даже в 92-м.

Но сейчас-то самое начало девяностого года. И этого фильма просто не может быть!

Вернее, это я так думал, когда Кларк сообщил мне, Майку и еще нескольким игрокам новость о том, что мы снимемся в кино.

Как оказалось, сценарий к этому фильму написали буквально за неделю, и его автор вдохновился нашей победой в кубке Стэнли. Само собой, что когда мышиный дом, пока еще не ставший корпорацией зла, обратился в клуб посодействовать Диснею, никто не стал отказывать.

Режиссёр фильма захотел двух главных звёзд Миннесоты, и в результате у нас с Майком прибавилось хлопот. К тренировкам добавились еще и съёмки.

Хорошо хоть нам клятвенно пообещали, что всё это не займёт много времени. Буквально пару недель и всё.

В результате всё было очень даже забавно. Один из актеров-детей оказался достаточно неплохим игроком, и перед одним из съёмочных дней мы с ним отрабатывали спинораму. В итоге у пацана она стала неплохо получаться, и скорее всего в итоговом варианте фильма победный буллит будет забит именно так.

Для меня это очень и очень полезно. Спинорама вместе с лакроссом и голом без броска это мои фирменные, или, как здесь говорят, сигнатурные приёмы. И появлению спинорамы на большом экране однозначно способствует популяризации моего личного бренда. И это значит, что у меня будет еще больше денег.

Деньги, кстати, стали в последнее время очень острой проблемой в НХЛ. Лига обязала открыть контракты, и сразу же возникло очень много вопросов.

Ларионов, с которым мы регулярно созванивались и встречались, например, рассказал, что первого февраля, сразу после игры с Калгари, в раздевалке команды произошёл самый натуральный бунт.

Группа игроков во главе с капитаном команды, защитником Дагом Листером, в открытую возмутилась тем, что зарплаты русских слишком большие. Шутка ли, Ларионов отдавал в совкомспорт больше, чем второй центр команды — Брайан Бредли. Контракт Игоря составлял 400 тысяч долларов, из которых 200 уходили советским чиновникам, а Бредли за год получал 155.

Тревор Линден, хорошо мне знакомый по молодежному чемпионату мира в Москве, получал 125 тысяч, а новичок команды Крутов, так же как и его партнер по звену Ларионов, 400, из которых 200 тоже уходили в совкомспорт. Про моего приятеля Лукиянова все тактично промолчали, видимо решили, что его 150 тысяч недостойны внимания.