О том, что внизу стои́т совсем другая погода, поняли и остальные, приунывшие было участники. Послышались восхищённые возгласы, на лицах появились улыбки. Даже зарёванные женщины уже не плакали, а спокойно шагали навстречу своей судьбе. Позеленевшей и цветущей. Я тоже невольно залюбовался открывшимся пейзажем, следуя взглядом за извилистым бегом бирюзовой реки, огибающей отдельно стоящие в долине вертикальные скалы. Они словно каменные столбы, подпирающие небосвод, расположились примерно на одинаковом друг от друга расстоянии. И вроде естественные образования, но эта упорядоченность и нехарактерная для природы симметрия заставляли мой разум усомниться в этом.

Излучины реки поросли густым тёмно-зелёным лесом, а справа и слева раскинулись изумрудные луга. Я даже видел чёрные точки пасущихся там животных. А в воздух то и дело взмывали стайки мелких птиц, перелетающих с места на место.

Идиллию портил разве что надвигающийся с противоположной стороны грозовой фронт. Багровые тучи несмело наползали на вершины защищающих долину гор, будто не смея пересечь невидимую черту. Нередко их изнутри подсвечивали вспышки электрических разрядов, не суля ничего хорошего тем, кого такое стихийное бедствие застигнет вне укрытия.

Спускаясь вниз, я то и дело поглядывал на эти багряные всполохи и всё больше убеждался в том, что ведут они себя для обычного природного явления неподобающе. А на фоне цветущего у нас под ногами Эдема так и вовсе выглядели неуместно. Бьюсь об заклад, что и сама долина со всей её напускной безмятежностью может оказаться вовсе не тем, чем она нам кажется на первый взгляд.

Растянувшаяся на узкой тропинке группа вдруг начала замедляться, а затем и вовсе остановилась.

— Что случилось⁈ — пытаясь перекричать усиливающийся ветер, крикнул Геджи — самый младший по возрасту в отряде и мой напарник по арьергарду в сегодняшней миссии.

— Не можем пройти, — услышали мы приглушённый порывами голос. — Тут что-то вроде барьера. И какие-то надписи.

— Надписи?

— Ага. Да сами посмотрите. Может у вас вдруг светлые мысли появятся.

Переглянувшись, мы оба начали аккуратно продвигаться вперёд, стараясь не толкаться с застывшей на месте вереницей людей. Миновав всех претендентов, мы очутились на ещё одной ровной площадке, которая была даже меньше, чем стартовая. Тропа, по которой мы до этого дружно шагали, вела прямиком под свод полукруглой арки, вырезанной в скале. Причудливый орнамент, пропечатанный по её овальному контуру, действительно больше походил на символы, чем на обычные рисунки. Некоторые из них повторялись без всякой симметрии, так что можно было предположить, что перед нами текст.