Шанс, у меня есть шанс!
Усиление и повторныйпризыв оружия тут же израсходовали все полученные мной в дар очки. В руках вместо топора теперь было копьё, которое я крепко ухватил обеими руками. Я больше не старался тормозить, сдирая ладони в кровь. Наоборот, позволил силе тяжести разогнать мои 80 килограмм живого веса и молился, чтобы этого оказалось достаточно. Наверное, именно так себя ощущали рыцари на своих турнирах, с лэнсом наперевес несясь навстречу противнику.
Столкновение с уже очухавшимся троллем вырвало древко копья из моих рук. Но перед этим его остриё глубоко вошло ему в бочину. Сам я рухнул куда-то под ноги озлобленной твари и мог быть в любой момент ею раздавлен. Дёрнулся было в сторону, но почувствовал, как что-то с силой сжимает мою лодыжку и тащит к себе. И всё, что я успел — это дотянуться до рукояти обронённой стражем дубины. С надрывом своих мышц я развернулся к врагу лицом, чтобы обрушить тяжеленую булаву ему на запястье. Хват тут же ослаб, выпуская меня на свободу, и я, не став испытывать судьбу, тут же разорвал дистанцию, прихватив свой трофей.
Веры в то, что смогу нормально орудовать этой мотыгой, не было никакой. Повезло, что хоть раз пригодилась по месту. Но и ждать, пока полученные раны прикончат эту тварь, тоже было опасно. Кто знает её способности. Может она начнёт регенерировать или отчебучит какую-нибудь предсмертную хренотень. Да и время вряд ли сейчас на моей стороне. В любой момент Ковчег может решить, что я проиграл, и обнулить мой счёт.
Тролль натужно встал, опираясь на покатую поверхность пирамиды. Из сломанной ноги выпирал обломок кости, из бока торчало моё копьё, а по спине обильно струилась кровь из ран, оставленных острыми кинжалами чертовки. Нужен один хороший удар, который снова опрокинет его на землю. И совершить его нужно сейчас, пока ещё действует усиление. Иначе я этой проклятой дубиной даже замахнуться не смогу.
Моё тело тоже болело, но несмотря на это исправно слушалось. Я начал по дуге заходить ему за спину, а он неуклюже разворачиваться, стараясь не наступать на повреждённую ногу. Я резко сменил направление, а затем ещё раз, заставив его зареветь от очередного приступа боли и ярости. Мою атаку уж точно нельзя было назвать молниеносной. Всё-таки вес трофейного оружия был слишком большой, а рукоять слишком широкой в обхвате. А потому она не стала финальной. Удар был заблокирован толстой ручищей, и я тут же перешёл к плану Б — выпустил дубину и схватился за древко копья. Тролль будто бы только сейчас заметил торчащую из него палку и вознамерился её из себя достать. Но я уже упёрся обеими ногами в землю, и что было сил надавил вперёд. Ну должны же у этой образины быть жизненно важные органы!