А следом ещё одно фото. И ещё. И ещё. Больше двух десятков фотографий, с мелкими и не очень отличиями. И все мои. К каждой шло весьма подробное описание с приложенными сканами документов. Обычные и заграничные паспорта. Списки адресов квартир, которые мы снимали с Димой за последние полтора года и другие места. И много чего ещё.

Здесь буквально полное досье на меня.

«Думаю, что мне не нужно говорить, что станет с тобой, если эти документы попадут на очень многие столы, ведь так? Особенно, если в дополнение к ним я приложу списки всех твоих подвигов за последние восемь лет.»

Одному богу известно, каких сил мне стоило поставить чашку обратно на стол, а не швырнуть её в стену. Если он это сделает, то мне конец. Я был готов к угрозам. К подобному быстро привыкаешь, когда заказчик считает себя слишком богатым и слишком влиятельным, чтобы играть по общим правилам. Потому мы чаще всего и работали через посредника. Это минимизировало риски.

Но это… сложно работать, когда тебя ищет чуть ли каждая собака. Нет, конечно, у меня всё ещё оставались кое-какие варианты. Даже в такой ситуации я смог бы забиться в такую дыру, где никто найдёт.

Но что это будет за жизнь? Уж точно не в собственном небольшом домике в Испании, о котором я мечтал последние годы. Скорее уж безучастное существование в какой-нибудь богом забытой глуши, названия которой даже нет на картах. Правда это всё равно лучше, чем распрощаться с собственной головой или до конца дней своих переехать туда, откуда небо видно в клеточку…

Впрочем, даже эти идеи тут же рассыпались в прах, едва только я прочитал новое сообщение.

«А чтобы ты вдруг не решил, будто сможешь остаток своей жизни отсидеться, забравшись в самую глубокую нору, которую сможешь найти, я обращусь к Королю с просьбой. Уж его ищейки найдут свою добычу даже там. Повторяю ещё раз. Мне нужны обе маски. Достанешь их — я удвою оплату. Нет… ты и сам должен уже понимать, что тогда будет.»

Иконка статуса собеседника резко потемнела, показывая тем самым, что он отключился. Скорее всего уже удалил переписку у себя и снёс приложение.

А я так и сидел с каменным лицом, глядя на экран телефона.

Ловушка. Грёбаная западня. Всего полчаса назад я практически был уверен в том, что смогу отделаться наконец от этой работы, избавиться от маски и распрощаться как с Иркутском, так и со всей этой историей. Как бы не дружны мы были с Димой, но я не надеялся найти его живым. Прошло уже слишком много времени, а я не страдал излишним оптимизмом. Если бы он смог, то уже сообщил бы о себе. А потому оставался лишь один вариант, и весьма неприятный.