Люди всегда быстро начинают испытывать расположение к тем, кому они доверяют. Или думают, что должны доверять…

Через восемь минут с того момента, как я вошёл в комнату, я уже записывал адрес квартиры, где должен был скрываться убийца. По словам сидящего передо мной мужчины, там проживала его девушка, с которой они встречались, так что, скорее всего, он будет именно там и…

Дверь за моей спиной открылась.

— Вы кто ещё такой⁈ — резко спросил вошедший мужчина, глядя на меня полным возмущения взглядом.

— Алексей Измайлов, — честно признался я. — Из управления общеуголовных расследований.

— Подождите, — произнёс мужчина, удивлённо заморгав. — Вы же сказали, что вы мой адвокат…

— Не совсем так, — уклончиво ответил я. — Это вы так подумали. Строго говоря, я вам ни разу не сказал, что являюсь вашим адвокатом.

Стоящий в дверях мужчина побледнел. Потом медленно покраснел, явно от ярости. Папка в его руках дрогнула.

— Вы… вы вообще понимаете, что сейчас сделали? — спросил он срывающимся от ярости голосом.

— Говорил с задержанным? — предположил я.

— Это вопиющее, чудовищное нарушение! Вы ввели моего подзащитного в заблуждение…

— Я ни во что его не вводил, — пожал я плечами.

— Если что, то я могу это подтвердить, — раздался из-за плеча голос Леонида. — Его благородие ни разу не сказал, что он является защитником задержанного, и…

— ВЫ ВООБЩЕ ЗАМОЛЧИТЕ! — рявкнул адвокат, резко повернувшись ко мне. — Неважно, представились вы его защитником или нет. Вы ввели моего клиента в заблуждение!

Он шагнул ближе, почти упёрся в меня взглядом.

— Всё, что он сказал до моего появления несущественно, — чуть ли не цедя каждое слово сквозь зубы, прошипел адвокат. — Любое слово. Малейший намёк. Я это зафиксирую и подам жалобу — в прокуратуру, в ваш департамент, куда угодно. Вы превысили полномочия.

— Ну, — развёл я руками. — Значит, подадите жалобу.

Адвокат резко повернулся к задержанному.

— Вы больше ни слова не говорите. Вообще. Ни при каких обстоятельствах. Всё, что было сказано до этого момента, вы отрицаете. Поняли?

Он снова посмотрел на меня, уже спокойно, но с ледяной яростью.

— А вы сейчас выйдете отсюда. И если хоть одна строчка из этого «разговора» появится в материалах дела, то клянусь — я вашу карьеру в пепел превращу!

— Да, это будет ужасно, — не стал я спорить, после чего встал со стула и вышел из кабинета, обратившись к Леониду. — Вы адрес слышали?

— Конечно, — с явным весельем в голосе ответил тот. — Уже передал своим ребятам.

После чего протянул мне руку.

— На тот случай, если больше не увидимся, приятно было с вами познакомиться.