— На юрфаке, что? Начали философию преподавать?
— Нет, зато разбирали реальные дела и реальных людей.
Произнёс я это абсолютно спокойно и уверенно. Тем более, что не сомневался в своих словах. Должны же в университете разбирать практические случаи, так что не думаю, что сильно тут ошибусь.
— Допустим. И что дальше?
— А без понятия, — честно сказал я. — Дальше мне нужно прочитать материалы дела, чтобы не строить теории из воздуха.
Надеюсь, что это заявление звучит достаточно правдоподобно, дабы выиграть мне немного времени и избавиться наконец-то от её вопросов.
— Ладно, — сказала Марико и, взяв одну из лежащих на столе папок, протянула мне документы. — На, читай. Посмотрим, что после этого выдашь.
Папку я принял с выражением полной готовности погрузиться в дело, которой не испытывал даже близко. Потому что если Жанне повезёт, меня сегодня ждёт крайне напряжённая ночка.
Осталось только до неё дожить…
Глава 8
— Ну, что там? — уже в третий раз спросил я и подышал на ладони в перчатках, пытаясь хоть как-то отогреть пальцы.
— Не мешай мне, я работаю.
Работает она… хотелось выругаться, но промолчал. Вместо этого ещё раз подышал на свои руки. Проклятый октябрь со своими проклятыми ночными холодами…
Хорошо, думаю, можно признать — первый день в роли Измайлова прошёл не так уж и плохо. Несмотря на то, что меня сунули помогать в деле этой Романовой, я смог довольно неплохо отвертеться от какой-либо реальной работы.
Всего-то и потребовалось — закопаться в документы по делу, в которых я не понимал ровным счётом ничего. Впрочем, нет. Это была не совсем правда. В том, что касалось произошедшего я разобрался довольно быстро. Обстоятельства случившегося и дураку будут понятны. Тот, кто грабил пустые квартиры, точно знал, в какое время они пустуют. Только вот в последний раз всё пошло явно не по плану и дома оказались хозяева. А это привело к трагедии. С точки зрения воровского ремесла — отвратительный случай.
И про уверенность я ей сказал не просто так. Первый раз всегда самый страшный и трудный. Трясёт от нервов. Боишься облажаться, ведь знаешь, какой может быть цена. А вот дальше уже полегче. Привыкаешь к напряжению и адреналину. А уж если всё вышло удачно, то так и вовсе подсаживаешься на это чувство, как на иглу.
Помню я свою первую работу. Старик явно не хотел упрощать мне жизнь, так что первым делом, на которое я пошел в одиночку, оказалась частная коллекция какого-то пенсионера.
Особняк под Москвой. Три недели наблюдения. Вход через мансардное окно. Четыре замка. Спуск на второй этаж. Дверь комнаты, превращённой в хранилище. Я пришёл глубокой ночью и ушёл через тридцать минут со статуэткой.