Жора попросил меня рассказать готов ли я принять корону и жить дальше по законам воровского братства, как положено коронованному вору. И я ответил. — Благодарю общество за оказанное доверие. Но принять корону не могу. Потому что по жизни я не вор, а бандит. Присутствующие просто онемели. Случай был беспрецедентный. Чтобы коронуемый отказывался от короны, такого в истории воровских сходок ещё не бывало. — Твой человек. Тебе и разбираться! — обратился смотрящий к заметно напрягшемуся Давиду. — Слушай, Китаец. Общество оказало тебе огромное доверие, но и заслуги твои перед обществом велики. Конечно, бывают у людей в прошлом косяки, но учитывая то, что ты сделал для воровской общины и единодушное мнение, что ты короны достоин, мы готовы небольшие прегрешения не учитывать. Так что давай. Обоснуй свой отказ, — попросил Давид. — Да нет за мной никаких косяков. И к обществу я со всем уважением. Поэтому и не могу принять корону. Звание вора высокое, но и обязательства накладывает немалые. Конечно, сейчас понятия несколько размылись, и многие воры имеют семьи, богатые дома и даже бизнес и на это закрывают глаза. Многих коронуют за деньги и “апельсинами” нынче никого не удивишь. Времена нынче такие. Но есть вещи, которые вор делать не должен. Не должен сам убивать, для этого подручные есть. Не должен иметь дела с государством, так как это западло, а особенно с ментами. Такие вещи незыблемы. — Так вот, я — не такой. Я не вор! Я бандит! И по жизни, и по своей натуре. Тайга, место суровое и люди там суровые и все с оружием. И золотишко, и прочий хабар, как вы понимаете, никто добром отдавать не желал. И народу я вот этими самыми руками на тот свет отправил немало. Проблемы я привык решать силой, а не по воровским законам и обещать, что впредь никого не буду собственноручно мочить, не могу. Дела, которые я кручу, требуют взаимодействия с ментами. Для меня продажные менты, это не представители закона, а такие же бандиты, как и я сам, только в погонах. А что это за вор такой, который сам людей мочит и с ментами дела имеет. Поэтому и не могу я подвести людей и общество, оказавшее мне доверие. Тут надо выбирать или вор, или бандит. А я свой путь давно выбрал и менять свою жизнь мне уже поздно. Поэтому благодарю общество, за оказанное доверие, и прошу понять, что дело не в неуважении, а совсем даже наоборот. А обязанности свои перед обществом я и так готов всегда исполнить без всякого сана. Повисло долгое, напряжённое молчание. Наконец, председательствующий на сходке Жора заговорил: