устрицы, дорогой коньяк, Аристарх Владимирович не стесняет себя в средствах. Кроме того, выбор ресторана и фантастическая по меркам рядового гражданина стоимость кушаний, должны показать собеседнику то высокое положение, которое занимает Аристарх Владимирович и значимость его партии в масштабах нашей необъятной Родины. А также, унизить собеседника, показать всю его незначительность и то второстепенное место, которое занимает представляемая им партия на политической арене. В общем, я должен быть благодарен Аристарху Петровичу, что он снизошёл до моей малозначительной особы. Обильная пища и частые возлияния оставили неизгладимый след на лице, а скорее морде, господина Звездунова, а также его расплывшейся фигуре. Неприятный тип, хотя сам он себя таковым, разумеется, не считает. Немного насытившись и с облегчением растёкшись в удобном кресле, Аристарх начинает неторопливую беседу. — Ты кушай, кушай, Серёжа. Когда ты ещё в таком месте поешь. Вот не понимаю я таких людей, как вы. Партия ваша какая-то ущербная, одно слово, партия неудачников. Не умеете вы вертеться. Вот ты лидер партии, а что у тебя есть, как ты одет, на улице встретишь и не заметишь. Вот посмотри на меня, костюмы от лучших портных, моя одежда от-кутюр. Я послушно киваю головой. Кстати, Аристарх Владимирович заблуждается. Изделия от-кутюр, это почти произведения искусства. Изделия на 70% и более состоят из ручного труда и выполняются исключительно из эксклюзивных материалов. Эти вещи подходят только для особых случаев и надевают их только один раз. Производства от-кутюр находятся только в Париже. Статус этим производствам присваивает Синдикат высокой моды. Всего таких производств в мире не более 20 и круг их клиентов не превышает 2000 человек. Аристарх Владимирович явно не входит в их число. Кроме того, этот сегмент моды включает только женскую одежду. Костюм его непохож на женское платье или брючный костюм и скорее всего, является китайской подделкой, стоимостью не свыше тысячи долларов. Не хочу разочаровывать собеседника, поэтому не спешу делиться с ним своими познаниями. И уж тем более не сообщаю ему, что мой неброский, на первый взгляд, костюм от Бриони стоит больше двадцати тысяч долларов. Зачем нервировать человека и портить ему хорошее настроение раньше времени. — А посмотри на мои часы. Ролекс, двадцать тысяч долларов. Я даже через стол вижу, что это дешёвая подделка, но опять же не тороплюсь поделиться этими знаниями с Аристархом Владимировичем. Кстати, мои часы бренда Ричард Милле выглядят