И я по глазам Лео вижу, что сотрудничество с такой могущественной организацией, как ЦРУ внушает ему надежду. И кроме того, ведь нет ничего плохого в том, чтобы оказать помощь главному союзнику Европы и Франции. Но Лео чертовски осторожен и потому пытается меня прощупать. — Сказать, можно что угодно. Обещания в наше время ничего не стоят. Пети Ренье очень серьёзный человек и организация, которая за ним стоит, очень могущественна. Чем Вы можете подтвердить, что вы располагаете соответствующими возможностями? — спрашивает он, ставя полупустой бокал с коньяком на столик возле себя и впиваясь в меня напряжённым взглядом. — Пчёлы! — с нажимом говорю я. Стакан на столе неожиданно разлетается стеклянным крошевом разбрызгивая на столик и на одежду отшатнувшегося Лео остатки янтарного напитка. — Что за чёрт?! — испуганно хрипит Лео. — И при чём здесь пчёлы? — В Париже очень злые пчёлы. Настолько злые, что могут закусать человека до смерти, — поясняю я, показывая себе пальцем на грудь, и затем многозначительно перевожу взгляд на грудь сидящего напротив меня человека. Лео, следуя за моим взглядом, машинально смотрит на свою грудь и замечает на белой рубашке мерцающее красное пятно лазерного прицела. Секунду он тупо пялится на рубиновую точку, потом вдруг до него доходит, что произошло с бокалом и что это за пятно на его груди. Он испуганно вываливается на кресло и падает на пол, пытаясь вжаться в ковёр. — Лео…Лео! — уже в которой раз за этот вечер, укоризненно воркую я. — неужели Вы подумали, что мы можем причинить вред нашему другу? Ведь мы же друзья? Не так ли? Лео затравленно смотрит на меня с пола. Он сломлен и в то же время полон надежд. Лео далеко не дурак и он понимает, что я права в отношении перспектив его дальнейших отношениях с Пети Ренье. Его изворотливый ум понимал, что конец не за горами, но он трусливо гнал от себя эту мысль. Теперь он увидел свет в конце тоннеля, потому что мы, действительно, реальная сила, которая может его спасти от неминуемой гибели. Всё он наш. Дело сделано. Остальное дело техники. Да и займутся этим уже другие люди. Моя миссия выполнена, хотя первоначально она и казалась невыполнимой. * * * Сейчас я сижу за столиком ресторана 58 Tour Eiffel на первом этаже Эйфелевой башни. Это мой прощальный ужин в Париже, завтра я улетаю, из этого сказочного города. А пока сижу и наслаждаюсь изысканной кухней и великолепными видами. Идиллия. И внезапно меня начинает трясти мелкая, противная дрожь. Чтоб вы все дохли. Я простая эскортница, а не какая-то