Не было ничего благородного в смерти… Он неоднократно проходил через такие ситуации, но с каждым разом правда била слишком сильно. Правда о ничтожности человеческого бытия.

— Ааааа! — Мартин закричал. В последней попытке что-то исправить. — Ты чёртов осьминог, я взывал к тебе, разве нет? Это ты откликнулся на мой призыв! Разве я не дал тебе достаточно «Дани»? Что ты ещё хочешь от меня⁈

Свои последние слова он произносил на Сумеречном языке. Понимая, что это «божественное» существо должно иметь разум, возможно, даже разум превосходящий его. И единственное, к чему Мартин мог призвать, так это к благоразумию.

Никто не ожидал ответа. Это была лишь вспышка гнева, почти мёртвого человека. И всё же ответ не заставил себя долго ждать:

— С сегодняшнего дня ты мой слуга!

Вековой голос раздался в его голове. Кроме того, в воде образовалось множество воздушных пузырей, в один из которых и попал Мартин. Он наконец-то освободился от чувства удушья и тяжело закашлял.

— Кха… кха… — юноша безвольно лежал, чуть не выплевывая лёгкие вместе с водой. Он долго приходил в себя, но всё же слабым голосом спросил: — Почему я?

— Потому что я вижу все твои секреты в твоём теле. И ты станешь хорошим рабом…

Раз за разом Мартин отчаивался всё больше. Кому вообще понравится, что кто-то видит его насквозь? Особенно человеку, который хранит слишком много секретов.

— Отказываюсь. Я боюсь смерти… Кха… Кха… — речь юноши была прерывистой. Он чувствовал, что конец близок, — но больше я боюсь быть твоим вечным рабом… Уж прости…

— Если бы у тебя был выбор, Мартин. Только подумай о своей матери и сестре. Не думай, что отсюда я не смогу добраться до них, — злобно сказал осьминог, буквально ударяя в самое больное место.

Юноша широко открыл полузакрытые глаза. Он злобно посмотрел в ответ. Видно было, что Мартину раны не приносили такой боли, как эта угроза.

«И что мне делать?»

«Чип, не молчи…»

Однако ответа не было, как бы он ни просил. Это было впервые, когда ИИ замолчал в его голове. И ему самому приходилось справляться с проблемой. Естественно, он не мог не спросить:

— Что я должен делать в качестве твоего слуги?

— Как что? Мне нужна еда… Очень много еды… — осьминог говорил так, будто это что-то естественное. Впрочем, чем же оно могло питаться? Конечно же, ответ был дан.

— Мне нужны люди. Ты должен принести их как можно больше. Ты понял?

Юноша сразу заметил расплывчатую формулировку. Для кого-то и одного человека будет много. А этот гигант готов был съесть тысячи людей за один приём пищи.

— И… и как я, по-твоему, сделаю это? — Мартин был поражён своим новым заданием. Он никогда не желал никому зла, и уж тем более не хотел работать на желудок этой твари. Он понимал, что большому осьминогу нужно много пищи. Однако такое непомерное количество людей он при всём желании не смог бы собрать.