— Никчёмные, да? Ты мой двоюродный брат. Тебе не стыдно обзывать свою тётю?
— Я её и не обзываю. Она не принадлежит вашей семье, она наша — Аникина!
«Ааа… Понятно…»
У Мартина просто не было слов. Вообще он видел мать Гордея, она показалась ему довольно элегантной. На самом деле они с сестрой не похожи, а вот два брата вышли довольно толстолобыми.
«Теперь хотя бы понятно, почему они ведут себя как кошка с собакой».
«Стоит ли мне вообще вмешиваться в семейные дела?»
«Кто-то сказал семья?»
«Нет, ничего дороже семьи!»
Пока Мартин улыбался, они двое только набирали обороты.
— Ты всегда был любимчиком, — произнес Гордей с иронией. — Ой, посмотрите на Глебушку, как он великолепно владеет пером. Пером, №#@! Я тогда даже читать не умел, а мне все говорили, какой у меня прекрасный брат.
— Да? И что? Не говори мне что страдал! Меня из-за тебя заставляли это делать. Если бы тебя не было, у меня было бы спокойное детство!
Спорили они долго и настойчиво. Каждый из них извивался, как мог. Было видно, что они решительно хотели выяснить отношения.
С одной стороны, Мартин был даже восхищён. Он купил себе и сестре газировку, чтобы она не скучала. И, конечно, Мария не скучала. Глаза этого ценителя сериалов горели огнём, и сейчас её было трудно отвлечь от них.
В какой-то момент обстановка стала опасной. Гордей обнажил свой меч, а его глаза покраснели. Глеб тоже не остался в стороне, вытащив копьё из-за спины. На самом деле они действительно были достойны звания мажоров. У обоих оружие было необычным и дорогим. Лишь оно вызывало желание завладеть им.
— Эй, успокойтесь, — вмешался Мартин. — Вы что, хотите убить друг друга?
— Не лезь, Мартин. Сейчас я убью эту #@#№!
Многих привлекло это событие. Не только ученики скапливались вокруг них, но и военные, а также гражданские. Они подходили всё ближе, создавая столпотворение. Все жаждали увидеть драку, спектакль, желательно с летальным исходом. И это не было скрытым желанием, они открыто об этом кричали.
— Он тебя оскорбил перед всеми, разве ты это потерпишь?
— Убей его, не позволяй себе прогибаться. Один раз прогнулся и будешь всегда прогнутым!
— Да, давай, сделай это!
Единственный, кто стоял в шоке, был Мартин.
«Черт, в каком больном мире мы живем?»
Конечно, он тоже был довольно странным, но не настолько же. Он всегда придерживался правил приличия, и в основном его выходки касались только его лично.
И когда напряжение достигло своего пика, на сцене появилась она. Лейла Анакина вышла из палатки, поднялась на сцену и всего несколькими словами успокоила их:
— Что вы тут устроили? Ведите себя культурно!