— А ты всё же решил добить свою подружку? — произнес Фома насмешливым тоном. — Знаешь, играться с вами действительно велело.
Юноша хохотал во всё горло, особенно видя потерянное лицо Мартина.
— Что, не ожидал? — продолжил Фома. — Или ты действительно подумал, что самый умный? Тебе очень идёт вид, побитый собаки! Ты такой же тупой, как и Мокей. Стоило тебя только чуть-чуть подтолкнуть, чтобы сломать окончательно.
Мартину нечего было ответить. Он замер на том же самом месте.
— Знаешь, мне даже жаль, что вы такие слабые ребята…
Разумеется, Мартин не слушал его. Фома был прав. Его полностью сломали.
«Стояло бы догадаться!» — пронеслось в мыслях Мартина. «Ну, черт возьми. Как же так⁈»
Юноша взглянул на Ксению, которая медленно умирала. Она лежала там, кровь текла из её тела, а глаза смотрели прямо на того, кто убил её.
«Это я сделал⁈» — пронзило его сердце. Мартин стоял на месте, отчаяние захлестнуло его. Он почувствовал, что было бы лучше умереть прямо сейчас. Его лицо, обычно холодное и безразличное, наполнилось слезами.
— Нет. Нет. Нет! Что за чертовщина!
Слезы текли неудержимо. Он подошёл к ней, не боясь, и упал на колени. И это происходило не потому, что Ксения встречалась с прошлым хозяином тела. Нет, а из-за того, что он убил невинного человека.
Юноша считал себя хорошим человеком, он не причинял вред другим людям. И считал такую жизнь достойной. А что сейчас?
Мартин потерял смысл жизни, он жаждал забвения. Странное ощущение охватило всех присутствующих. Парень, который убил свою собственную девушку, дошёл до грани.
— Прости меня. Прости… Я не хотел… — промолвил Мартин, моля о прощении, но слова его казались пустыми. Кому нужны были эти извинения?
— Я думал, это ты монстр… Пытаешь людей… Доводишь их до безумия… Я думал, что твой облик лишь иллюзия, чтобы обмануть меня… Ввести в заблуждение…
Иногда Мартин забывал, что всего лишь обычный человек. Он не мог знать всё, это никому не подвластно. И ошибки всегда будут. Ведь стоило тебе ошибиться, и ты ошибся. Ксения еле как смогла поднять руку и попыталась его успокоить.
— Ничего страшного, — пробормотала она, борясь с болью и слезами. — Я не хочу жить монстром. Это моя судьба, и ты ничего не мог сделать. Я уже давно мертва и не ты меня убил… Я вспомнила как всё было…
Мартин потянулся к ней и поцеловал. Губы их сплелись в последний нежный поцелуй.
* * *
«Что тут происходит?»
Безусловно, человеком, который больше всего был в сильном шоке, мягко говоря, являлся Гордей. Он, как открыл рот, так и наблюдал за всей этой вакханалией.
«Я думал, у меня проблемы серьёзные?»