Хоть Мария и выглядела со стороны очень холодно, но внутри такая же напуганная.
«Так это я виновата?»
«Опять… Как я устала от всего этого. Меня преследует одна неудача за другой!»
«Кто-нибудь помогите!»
От отчаяния или для того, чтобы поднять моральный дух, Мария подошла к краю крыши. Нежить копошилась внизу друг с другом. Выглядело отвратительно. Девушка скривила лицо и подумала:
«Да, ну кто вообще туда полезет?»
Это было страшно на все сто. Идея была безумной, со всеми вытекающими последствиями. Но только там она видела возможность одержать победу. Она хотела именно этого.
«Давай, не смотри на страх!»
Внезапно сзади что-то подтолкнуло её, Мария обернулась и увидела, как Нонна с ненавистью вопит:
— Сдохни, это тебе за Сему, $^&@!
Никто не ожидал такого.
— Ты что творишь? — успела воскликнуть Мария, но уже летела в толпу нежити. Такого предательства она не ожидала, это было слишком жестоко. Нонна безумно выкрикнула:
— А что? Ты же хотела этого!
— Чёртова #)I#@!
Мария упала прямиков в костлявые руки нежити. Они моментально её схватили по рукам и ногах. Рты уже тянулись, чтобы откусить кусок плоти. Другие ученики ринулись на помощь, но слишком поздно Мария зажмурила глаза.
Секунда… Две… Ничего не происходило. Не было боли, и она нерешительно открыла глаза. Вокруг лишь белая палата, она в своём собственном теле. Никакой тьмы или астрала больше не было. Солнце за окном ярко светило, наполняя комнату ярким светом.
— Хм, ах.
Девушка теперь чувствовала своё тело, и оно ужасно болело. Эта приятная боль приносила ей больше радости, ведь словно говорила ей: «Ты жива!» Приятное чувство, особенно когда тебя предали и решили убить.
Рядом с кроватью на стуле сидела изрядно потрёпанная мама. Мария внимательно осмотрела её, она была невероятно уставшей и всего лишь за пару дней сильно постарела. Она выглядела невероятно жалко.
— Как ты? — спросила Анна довольно просто. Но в этих словах слышалось столько боли и печали, что горло предательски дёрнулось. Мария не знала, как ответить.
«Как я?»
«Как я могу быть?»
Начиная от перемещения в мир мёртвых, пленение, спасение, сражения, предательство и «смерть». Всё возложилось на плечи хрупкой девушки. Как она может быть?
— Мама… — Мария зарыдала, она больше не могла сдерживать слёзы. Мать и дочь сцепились в крепких объятиях. Девушка ревела, пыталась выплакать всю накопившуюся боль. Холодная маска наконец-то спала. А вместе со слезами уходили и все её обиды, и боли. Конечно же, кроме одной.
«Есть то, что я просто не могу простить!»
— Всё хорошо… Всё хорошо… Поплачь, тебе сейчас это нужно, — успокаивала Анна. И не было известно, она это говорила себе или же дочери.